Какое-то разнообразие

Автор: Sagnor

Жанр: Приключения, драма
Команда TOSа

Начиналось все как обычно.  «Энтерпрайз» летел по мало изученному сектору пространства… а малоизученные сектора на то и мало изученные, чтобы найти там что-нибудь интересное. Оно и нашлось! Корабль, потерпевший бедствие, с бессознательным экипажем. Кто они? Друзья или враги? Далекие предки вулканцев или их схожесть с первым офицером «Энтерпрайза» просто совпадение? Пока команда ТОСа разбиралась с загадкой, подоспели Орионские пираты. Ну и все завертелось!

 «Дневник капитана. Звездная дата 2254-15-8. «Энтерпрайз» выполняет картографирование мало изученного сектора пространства в районе туманности Регата.  Проведено 70% съемки, данные обрабатываются. Экипаж в полном порядке…» - Кирк прервался и вздохнул. Что еще написать, он не знал, - разве что повторить все то, что диктовалось в запись каждый день, - с единственной разницей в датах и процентах выполненного картографирования. Рутинная работа, которой приходилось иногда заниматься. Вообще-то картографированием тут занимался «Иксепшен», но был отозван для какой-то дипломатической разборки в системе Чип-энд-Дейл, (так на флоте называли парную звезду-эжектор, хотя у нее было местное название, принятое в качестве официального). А в руководстве Звездного Флота кто-то, трепетно относившийся к этому самому картографированию, предложил сдернуть «Энтерпрайз» с его пути к неизведанному и послать доделать дело. Ничего, скоро они закончат это картографирование и займутся в деталях самой Регатой, а это куда интереснее… 
- Сэр, на отметке 22-517 – находится движущийся объект… космический  корабль.  Конфигурация неизвестна. Оно не принадлежит ни одному из известных нам миров Федерации. Идет встречным курсом. 
Ну, хоть какое-то разнообразие, - подумал Кирк, а вслух сказал:
- Вызовите их.
 - На сигналы не отвечает, сэр,  – сказала Ухура. - И передачи не ведет. 
- Дайте на экран. 
- Щиты не подняты, признаков готовящегося применения оружия какого-либо известного типа не обнаружено, - сказал Чехов.
- Меня бы это не слишком воодушевляло, - проворчал Маккой, торчавший на мостике. Впрочем, в лазарете сейчас и вправду заняться было абсолютно нечем. - Нас и неизвестным типом оружия в прошлый раз разнесли как ларёк из гаубицы. 
Что это еще за гаубица, Кирк спросить не успел, так как на обзорном экране появилась картинка с изображением чужого звездолета. Обтекаемая форма, с овалом в основе и отходящими от него четырьмя закрылками, похожими на плавники и перетекающими в узкую хвостовую часть, расходящуюся затем в неширокий веер. Непривычный дизайн, но нельзя сказать, что некрасивый. Скорее, вполне ничего так себе…
- Продолжаю вызывать, сэр, - сказала Ухура.  – Ответа нет. 
- Сближаемся со скоростью… 
- По-прежнему ничего, капитан, - сказал Чехов. 
- Попробуйте просканировать. 
- Сканирую… сканеры частично блокируются. Очевидно, у них какая-то защита… или свойство корпуса… Про жизненные формы ничего не могу сказать, сигнал приходит обратно в искаженном виде и плохо распознается. Либо это что-то именно с существами. Какие-то помехи на борту. Но атмосфера определяется, - судя по всему, она близкая к нашей стандартной. 
- Транспортация к ним возможна? 
- Сейчас… Да, это возможно. 
- Джим, ты же не собираешься… - вмешался Маккой.
- А что ты предлагаешь? Пролететь мимо и потом всю жизнь ломать голову?
- Лучше уж так ее ломать, чем по-настоящему! А если это ловушка, для всяких любопытных вроде тебя? 
- Скорее уж Летучий Голландец, - сказала Ухура. 
- Боунз, успокойся. Я же не один туда пойду. 
- Да уж, это прям так успокаивает, - сказал Маккой, но больше не спорил: было ясно, что бесполезно. 
- И потом, может, там что-то случилось.  Он управляется, Чехов?
- Да, корабль держит курс, это не дрейф.
- Я дал усиление на сканеры, - сказал Спок. – Подтверждаю состав атмосферы. Температура – 80 градусов. 
 - Ухура, вызовите в траспортаторный двух… - он посмотрел на Маккоя и вздохнул, - …ладно, четырех офицеров из службы охраны и кого-нибудь из научников, что ли. Передайте сообщение с информацией на двенадцатую базу, по стандартной схеме. Все будет отлично, Боунз. 
- И вот откуда такая уверенность, - да еще после стольких раз, когда отлично не было?..

- …Капитан, должен вам напомнить, что процедура высадки на неопознанный корабль содержит в себе пункт об обязательном использовании биоблоков, во избежание… 
- Зануда же ты, Спок, -  сказал Кирк, смутившись, что не подумал об этом пункте. Собственно, последним порой пренебрегали – слишком продвинута была наука Федерации, чтобы всерьез бояться каких-то там вирусов. После открытия Крайгером и Стетт'рра торможения механизма репликации вирусов и бактерий опасность, казалось, была навсегда изгнана из пространства содружества миров. Однако несколько неприятных инцидентов при встрече со слишком стремительно развивающимися инфекциями не позволяла убрать данный пункт из упомянутой Споком процедуры.
Под Споковы рассуждения о сомнительной правомерности причисления к занудам офицеров, исполняющих устав, он подошел к стене, набрал комбинацию кнопок, и взял из открывшегося окна биоблок, кивнув сопровождавшим его сделать то же. Закрепленные на поясном ремне и включенные, они создавали защитное поле, совершенно непроницаемое для всех известных видов вирусов и бактерий. 
Проверив зарядку фазеров и коммуникаторы, они прошли мимо излучающего недовольство Маккоя и поднялись над платформу.
 - Давайте. 
Транспортаторная «Энтерпрайза» исчезла, сменившись обширным помещением.

Они переправились в помещение внутри овального объема звездолета, ближе к выступу спереди, - предполагая, по логике конструирования звездного корабля, что где-то в этой части, вероятно, находится рубка или пульт управления. Конечно, кто знает, как отнесутся обитатели корабля к внезапному посещению, - но общаться, как рассудил Кирк, перспективнее все же с начальством, - а искать его логичнее где-то в головной части. Однако отсек, в который они попали, был пуст. Голубоватые стены, с выступами обтекаемой формы. Мигающие экранчики, какие-то обозначения. Покрытие пола было упругим и приятно пружинило при ходьбе.
Они прошли пару коридоров прежде, чем наткнулись на первое тело. Человек – то есть, гуманоид, - лежал лицом вниз. Что он мертв, Кирк как-то сразу понял, однако, он достал трикодер и убедился в этом. Да, признаков жизни не было, но смерть, судя по всему, наступила недавно. Кирк перевернул тело на спину и застыл в изумлении: найденный труп при жизни был вулканцем. Ну, или ромуланцем, - только без татуировок по лицу. Как и следующие четыре обнаруженных тела. Все они находились в овальной формы отсеке, который предположительно можно было посчитать мостиком – приборы, консоли с экранами, разное оборудование.
- Сэр, - сказал мичман Левентис, из научного. - Вот этот жив. И с ним еще какое-то животное. 
 Кирк приблизился, опустился на колени возле найденного живым, тот лежал на спине, а рядом, тесно прижавшись к нему, сидел не очень большой, - немного крупнее кошки, - зверек. 
- Надеюсь, ты меня не цапнешь, - пробормотал Кирк и осторожно дотронулся до лежащего. Тот вдруг выгнулся и застонал, затем снова затих. Кирк открыл коммуникатор. 
- …Да, Спок, мы в порядке, а вот команда этого корабля – нет. Отправьте к нам доктора Маккоя. 

Маккой, вытащив биосканер, склонился над лежавшим у консоли человеком; Кирк принялся оглядываться. На стенах помещения, которое они полагали мостиком, кроме экранов и прочего, имелось несколько надписей. И такие же иногда проплывали по экранам. 
- Что это за язык, Боунз? – озадаченно спросил Кирк. - Я, конечно, не специалист, но пару-тройку надписей на вулканском и ромуланском помню, а тут вроде бы ничего похожего… 
- Я врач, а не лингвист чертов, Джим! Спроси Ухуру. Меня спрашивай – «что с ними». 
- Э… и что с ними?
- Понятия не имею! – в сердцах сказал Маккой. – А если ты будешь стоять тут над душой и задавать дурацкие вопросы, то никогда так и не узнаю! 
 Джим промолчал. Боунз никогда особо не отличался мягкостью манер и речи, но сейчас с ним происходило что-то еще, была у этой резкости какая-то подоплека, скрытая от глаз, которой он - пока что? - не захотел поделиться. Понятно, что расспрашивать было бессмысленно, -  разумнее выждать более удобного момента. 
- Ну, - сказал Маккой, закончив наконец свои манипуляции, - у них, похоже, поражена центральная нервная система. Вероятно, какой-то токсин. Нарушение дыхания и судороги по всему телу. Их надо забрать к нам, тут я мало что могу сделать. 
- Извини, Боунз, но к нам мы их не заберем. Карантин, - слыхал такое слово? 
- Джим!...
- Я не Джим, я капитан. Которому никак не сдалось, чтобы его команда полегла от какой-то дряни. Ты мне можешь гарантировать, что это не вирус, который успеет прорвать твои заслоны и блокады и попляшет вот таким вот образом на нашей с тобой нервной системе, и всех остальных тоже?.. 
- Не могу, - мрачно сказал Маккой. - Вот придет анализ из лаборатории… 
- Вот когда придет, тогда и обсудим. Слушай, а кто они? – спросил Кирк. 
- Почём я знаю? – сказал Маккой, вытаскивая комм. - Внутренние органы у них вроде расположены так же, как у Спока, - что, признаться, меня радует, - хоть не придется гадать, которая тут печень, - если вдруг захочется ее пощупать.  Но ведь у ромуланцев почти все то же самое… Маккой – лазарет. Слушай сюда, Рене. Собери-ка мне по-быстрому… 

Всего живых на корабле нашлось 38 человек, мужчин и женщин – выживших из команды, которая ранее включала около 120 человек. Кроме того, на борту найденного звездолета было обнаружено одиннадцать животных, при виде которых мужчины с «Энтерпрайза» сдержанно улыбались, а  женщины начинали в голос стенать от умиления. Желтая, - точнее, песочно-медового цвета зверушка, с белым на груди, животе и пушистых штанах, - как будто специально разработанная дизайнером детских игрушек с целью завладеть сразу и навсегда детским сердцем, - действовала ничуть не хуже и на взрослых. Зверек немного напоминал земного муравьеда, - только меньше по размерам и не с такой длинной мордой (зато с пушистым хвостом) - но при этом в нем было что-то настолько неотразимое, что руки сами тянулись подхватить это существо на руки, прижать, обнять и не выпускать. Звери, впрочем, ничуть были не против, - точнее сказать, сами стремились к возможно более тесному общению с гуманоидами, не делая различий между Споком, -  очевидно, родственником спасенных с неизвестного корабля, - и землянами. Будучи подняты на руки, они начинали извиваться и сопеть от избытка чувств, всем своим видом выражая, что всю жизнь ждали встречи именно с тобой, и наконец-то ты пришел, и что ж тебя так долго не было, ведь без тебя мне было так плохо, - а теперь вот, наконец-то, прекрасно. Если их не брали на руки, они старались залезть на кого-нибудь сами. Устоять перед их обаянием не мог никто. Звери были, очевидно, совершенно здоровы и, после соответствующей обработки, пару из них переправили на «Энтерпрайз», что Кирк тут же посчитал ошибкой, поскольку женская часть команды тут же облепила животных и выстроилась в очередь за «подержать эту лапочку». 
Спок при встрече с инопланетной фауной повел себя странно. После того как девушек удалось-таки вернуть к исполнению обязанностей по кораблю и укрыться с одним из зверей в кают-компании (второго передали для разглядывания, ощупывания и взвешивания ксенобиологам), зверь, чувствуя себя одиноким, запищал, решительно направился к Споку и полез по его штанине, сопя от усилий и радости, и, забравшись к нему на руки, уставился на него преданным взглядом больших, с длинными ресницами, глаз. Спок замер, будто прислушиваясь к ощущениям, затем зарылся рукой в мех животного и просидел так еще с минуту; брови его поползли верх. Он включил трикодер, направил на животное и некоторое время созерцал данные на экране, затем, передав животное сидевшему тут же Маккою, встал и направился к двери – ясно было, что анализировать запись. Что такого удивительного Спок обнаружил, Кирк не успел спросить: его самого в этот момент вызвали на мостик – ввиду вхождения в туманность Гамма-Ипсилон-8.
По дороге он принялся снова размышлять над их, прямо скажем, нерядовой находкой. Корабли неизвестного типа с неизвестными доселе существами встречались им не раз, некоторые из них оказывались агрессорами, с другими удавалось наладить дипломатические и прочие отношения, - но в данном случае они, видимо, имели дело со знакомой расой, представители которой, судя по всему, не принадлежали ни к одной из двух, - единственных, насколько было известно, - ее ветвей. Вулканцы были давние союзники и друзья; ромуланцы – прежде враги, теперь – просто нейтральная раса, идущая своим собственным путем. Кем окажутся эти? А, главное,  - на данный момент, - откуда они взялись и почему их никто не встречал прежде? 

Ухура, ксенолингвист высшего уровня, и, несмотря на свой юный возраст, один из лучших специалистов в этой области, - чьи доклады на конференциях растаскивали в записях и с азартом штудировали студенты-лингвисты многих планет, - почти ничего по поводу происхождения корабля разъяснить не смогла. Язык в записях, найденных на корабле, не был знаком ни ей, ни Споку, ни даже бортовому компьютеру, но после многократного прослушивания они со Споком сошлись на том, что он, похоже, содержит следы архаичных фонем вулканского языка. Однако, - сообщили они Кирку, - это может быть и совпадением, и надо все тщательно перепроверить. Что же до надписей, то о них они пока ничего сказать не могут. 
У Маккоя дела обстояли определеннее. Лаборатория подтвердила наличие токсина во взятых для анализа нервных тканях погибших гуманоидов. Токсин  был распространен по спинному и продолговатому мозгу, а действие его напоминало действие экзотоксина возбудителя столбняка, - некогда крайне опасной земной болезни. В лаборатории также обнаружили в образцах тканей некую бактерию и вскоре установили связь между ней и токсином. Маккой с бактериологами тут же сели работать над «сдвигом видоспецифичности базового нанобактериофага», - как он сообщил Кирку. Кирк порой  гадал, - а не издеваются ли над ним Маккой со Споком, описывая ему вот такими вот словами свои достижения, - либо же они просто искренне наслаждаются любимым делом, не замечая от охватившего их интереса о том, что не все вокруг вообще въезжают в излагаемую с помощью профессиональной терминологии информацию. Но, как бы то ни было, в  компетентности своих людей Кирку  сомневаться не приходилось, а это главное; видимо, бактериологи скоро получили желанный сдвиг. На нормальном человеческом языке это означало, как Кирк понял, что они нашли или же разработали лекарство, которое убивало смертоносную бактерию. 
Двое с найденного корабля, однако, умерли в первые сутки, - по причине, - как можно было прочитать в докладе Маккоя, - необратимого поражения дыхательного центра, остальные были стабилизированы и, как полагал Маккой, у них теперь были все шансы на выздоровление. Карантин они пока не снимали, по причине еще одной обнаруженной бактерии, которая вроде бы никак не вредила спасенным инопланетянам, но неизвестно, была ли безопасна для прочих  рас. 
Что же до крови пациентов Маккоя, то она была самой обычной вулканско-ромуланской кровью, - существенных различий между расами в этом смысле не существовало, разве что по количеству принадлежащих к той или группе индивидуумов. 

Они придерживались курса следования корабля, которым он шел до встречи с «Энтерпрайзом», - на автоматике, без участия команды. «Энтерпрайз» лег на параллельный курс, и два корабля шли бок о бок в обычном пространстве. Следовало дождаться, когда спасенные с инопланетного корабля придут в себя, когда с ними можно будет общаться. Анализу структуры языка, сказала Ухура, очень бы способствовала живая речь, но сейчас услышать ее было невозможно – пострадавшие пока не приходили в себя. Ухура работала с каким-то ожесточением, причина которого была очевидна. Спок. 
 Что-то между ними опять не ладилось, а что именно  - понять не представлялось возможным. Звездолет – словно маленький городок, где все друг про друга всё знают, - всё, да не всё. Раз Кирк зашел зачем-то в библиотеку и услышал их голоса – торопливый, возмущенный, словно что-то доказывающий, - Ухуры, - и ровный, бесстрастный – Спока. Но говорили они вполголоса, слов было не разобрать. Заслышав шаги, Ухура выскочила мимо Кирка в коридор, смерив его сердитым взглядом. «А я-то что», - пробормотал он, глядя ей вслед (глядеть ей вслед было приятно, чего греха таить… фигурка у девушки просто загляденье). И вот надо же им собачиться, - вроде бы все же наладилось в Йорктауне?.. 
Не то чтобы Кирку было много дела до отношений между членами команды, личная жизнь есть личная жизнь; но в данном случае речь шла о его старших офицерах, от которых многое зависело в критической ситуации. И если они будут находиться в постоянном раздрае из-за этих своих отношений… А тут еще и Маккой отчего-то на нервах, и тоже пойди пойми – что с ним. 
Но пока что оставалось только ждать и надеяться, что в будущем что-то прояснится и устаканится.  

- … А чего эта зверюга сидит у него на кровати? – спросил Кирк. Он заглянул в лазарет найденного корабля, чтобы поинтересоваться, как дела у спасенных. Дела шли неплохо, половина из выживших уже приходила в себя, хотя Маккой продолжал большую часть дня держать их в искусственном сне. Человек, занимавший ближайшую кровать, тоже спал, но под боком у него примостилась песочная зверушка.
- Не поверишь – эти зверьки обладают еще и терапевтическим эффектом, - сказал Маккой. - Вот мне и тебе они просто настроение создают. Как возьмешь его на руки, так прямо чувствуешь, что любишь весь мир, и даже адмирала Санчеса. А им они реально помогают, - все показатели прямо ринулись в сторону нормы… 
- И как это ты догадался, что они такие? – с интересом спросил Кирк, глядя, как зверек тыкается усатой мордочкой в руку пациента. 
- Я не догадывался, это он, - Маккой показал на лежащего на кровати. – Он как только смог говорить, стал бормотать несколько слов, и среди них – «хел-то». Ну, Ухура все еще в своих языковых раскопках, и что это за хел-то, мы, разумеется, знать не знали, пока кто-то не зашел сюда вот с этим зверем на плече. Так этот – он показал на ближайшего к ним пациента, - как только завидел животное, сразу стал тыкать в него пальцем и приговаривать свое «хел-то», а потом попросил, - ну, знаками, -  дать ему его. Взял и опять показывает, чтобы мы передали зверя вон ей, - он кивнул на лежавшую на соседней койке девушку. – Она тогда еще без сознания была. Ну, я дал, - какой от этого вред? Земные животные же часто на пользу больным. Потом гляжу на монитор, - оп-ля, - показатели прямо на глазах нормализуются. Я этих зверей потом по всем пациентам протащил, - то же самое. Знать бы раньше - мы бы, может, и тех двух спасли… 
- Интересно, - сказал Кирк, - а Спок что про них говорит? 
- Спок говорит что-то про кси-энергию и равновесный эпсилон-поток, но не сказать, что его многие поняли. Хочешь – сам иди послушай, завяжи мозги в узелок. 
- Может, и схожу, - задумчиво сказал Кирк. Он еще раз прошел мимо коек с лежащими на них людьми… людьми? А как еще их называть? Все мы люди…
- Послушай, - а что ж они им раньше не помогли тогда, раз они это могут?  -спросил он. 
- Ну, так не всесильные же они, надо думать. Бактерии выделяют очень сильный яд, и только после того, как мы провели детоксикацию и ввели бактериофаг, этим кузенам вулканцев, или кто они, немного полегчало. «Полегчало» - имей в виду, это в данном случае значит, что им стало просто очень хреново после того как было ну совсем хреново. А звери им помогли сразу, практически одномоментно, перескочить в «средне хреново». Но я понятия не имею, как эти звери вообще действуют, - что это за фокус такой? Биополя и прочее – это, конечно, прекрасно, - но никак не объясняет такого быстрого восстановление тонуса и сердечной деятельности и проводимости нервных окончаний, и вообще всего. 

Найденные поправлялись, некоторые уже вставали и могли передвигаться по кораблю. Маккой провел процедуры обеззараживания и объявил, что карантин может быть снят. Однако часть его пациентов еще были слабы и он по-прежнему находился при них, на их корабле. 
Ухура, получив, наконец, живой разговор, поднажала со своей работой и вскоре  доложила о составлении первичной базовой версии переводчика с языка. В этот же день Маккой сообщил Кирку, что он, если желает, может поговорить с одним из «этих вулканских родственников», - по имени Реде-лло, - тот уже чувствует себя хорошо и вполне может, по мнению Маккоя, гулять через транспортатор и вести беседы. Кроме того, - сказал Маккой, - ему кажется, что этот Реде-лло из старших офицеров, - или что у них там за ранги, - во всяком случае, похоже, что он пользуется определенным авторитетом у прочих, - ничего ясно выраженного, но вроде как намек на субординацию улавливается. 
- Ухура, - сказал Кирк. – Дайте копию переводчика на мой личный компьютер, а другую сохраните в транслейтор и передайте его мне, как будет готово. А, уже? Отлично. Тогда пригласите к нам на корабль Реде-лло. Попросите, чтобы его проводили в кают-компанию – я там буду через пять минут. 

Путь в кают-компанию лежал мимо транспортаторной. Когда Кирк приблизился к ней, дверь в транспортаторную открылась и из нее показался Скотти, который как-то воровато скользнул в строну, явно стремясь уклониться от встречи с без сомнения  замеченным начальством. 
- Мистер Скотт! – громко окликнул его Кирк. 
Скотти с сокрушенным видом повернулся и пошел назад. 
- Могу я поинтересоваться - где это вы были, мистер Скотт? – сказал Кирк. 
- Ну, э-ээ... как бы на экскурсии, сэр. 
- По инженерному отсеку найденного нами корабля, надо полагать? 
- Ну… в общем, да, сэр. Но не поверите, сэр!  - воскликнул он с энтузиазмом, явно стараясь перетащить разговор с опасной темы дисциплины в область механики. – У них такой чудной движок, сэр, - принцип варпа, да, - только я не догоняю, на чем он основан. В нашем представлении, - то есть, в классической теории варпа, -  только дилитий… 
- Мистер Скотт, я так понимаю, что экскурсия ваша, - притом не санкционированная вашим командующим офицером, не ограничилась поверхностным осмотром экспонатов? – сказал Кирк, не давая сбить себя с курса. – И что вы нарушили без сомнения известное вам постановление Звездного Флота, запрещающее изучение каких бы то ни были систем дружественных нам кораблей без соответствующего разрешения, одобренного обоими сторонами, подписанного капитаном и зафиксированного в судовом журнале ?.. 
- Э ну, да, сэр… Но я же не сказать что совсем уж без спросу к ним залез, да и мы просто глянули чуток… больше просто говорили, сэр. Ну, и я же для дела… ну как надо будет управиться с кораблем, а те ребята пока еще не оклемались. Там у них один парень,  - ну, инженер, - вот такой парень! - ну просто с берегов Клайда, вы бы подумали – если б не уши; - ну просто шотландец в душе, доложу я вам, - мне, стало быть, и показал их инженерный. Так вот, сэр, их движок…
- Интересно, этот парень, - шотландец в душе, - хотя бы он догадался спросить своего командира, как он-то смотрит на вашу экскурсию? Хотя, видимо, шотландцы – в душе, или кровные, все равно, - не  озабочиваются подобными мелочами…
- Сэр!..
- Впрочем, это не моя забота. Моя забота – дисциплина на этом корабле, и она у меня будет. Пять суток ареста за самовольное оставление корабля и несоблюдение инструкций, мистер Скотт – будьте любезны отправится на гауптвахту немедленно. 
 - Да, сэр, - сказал Скотти, тяжело вздохнув. 

…Ну, и вот как это называется, - думал Кирк, продолжив свой путь по коридору. – Как это там говорит Чехов? Что-то про бузину в саду и какого-то родственника?... нет, не то… А, да, вроде бы – «чай не пьешь – какая сила?» Ну, словом, нет событий – скучно. Есть – начинаются проблемы. Причем ладно бы проблемы поиска, загадок, открытий – это-то как раз то, для чего мы здесь, в дальнем космосе. Нет, - какие-то мелкие, но многочисленные проблемки, досаждающие и бессмысленно отнимающие время, которого у капитана звездолета всегда не так уж и много, даже при рутинном ходе вещей. Отчеты, доклады по подпространственной связи Звездному Флоту, подписи, стандартные проверки и регулярные ревизии всех отделов. И если еще придется возиться с командой как с детьми малыми… Вот что это нашло на Скотти? Отличный офицер, - малость повёрнутый, правда, на своей механике с инженерией, - но пока что все это было только на пользу делу. Не зверушки же эти его с панталыку сбили?  Мало того, что все наши леди как детишки в зоопарке – сбились в кучу вокруг ксенобиологов, - ну, в смысле, вокруг их хвостатых гостей, - а прогонишь их оттуда – ходят как дурочки улыбаются… 

Разговор со  Скотти задержал его, и, когда он вошел в кают-компанию, Реде-лло уже был там.  Он поднялся навстречу, -  с некоторым, едва заметным, усилием. Совершенно вулканские черты лица, только волосы и глаза были не совсем черные, как у большинства вулканцев и ромулан, а просто темные, - какого-то шоколадного оттенка. 
- Прошу извинения за то, что немного задержался, - сказал Кирк, махнув рукой – предлагая сесть, - затем сел сам, выкладывая на стол транслейтор, который мигнул и с секундной задержкой выдал не лишенную красоты фразу. - Меня зовут Джеймс Кирк, я капитан этого звездолета. Я не знал, что вы еще не вполне пришли в себя, иначе пока не беспокоил бы вас. 
- Уверяю вас, я чувствую себя хорошо, - сказал инопланетянин. 
- Вы не откажетесь ответить на мои вопросы?  - спросил Кирк. – В качестве знакомства с вами, - или, скорее, с вашей расой. Мы прежде не встречали ее представителей. Затем, если вам угодно, я отвечу на ваши. Как ваши люди себя называют? 
- Лалла-тхоо. 
- А ваша планета? 
- Мы освоили для жизни несколько близко расположенных планетных систем, исходная планета называется… - Реде-лло произнес фразу, которую транслейтор перевел как «Мир, который лалла-тхоо выбрали бы из тысячи других». 
- Красиво, - улыбнулся Кирк. – Хотя довольно длинно. Каждый раз так и называете?
 - Вы можете для удобства использовать название Ла-тэл, («планета людей», - сообщил транслейтор). 
- Вы были главный на вашем корабле?
- Нет. Но, поскольку наш капитан погиб, то теперь я главный. И я с удовольствием отвечу на ваши вопросы, - мне, собственно, нечего скрывать, а кроме того, мы вам очень обязаны. На моей планете такой долг значит многое. 
- На нашей тоже, я думаю, да и вообще признательность – свойство разумных существ, - сказал Кирк. – Мы рады, что смогли оказать вам помощь, и сожалеем, что не успели спасти больше ваших людей. Кстати, мы не одни работали над этим. Эти ваши хел-то… В высшей степени удивительные животные. И каковы их возможности?  - с интересом спросил Кирк. – Они вас лечили… 
- Они не лечат, капитан. Лечил ваш целитель, которому мы хотели бы выразить нашу особую благодарность. А хел-то…. Выздоравливающему они могут дать тара-тоо (на этом слове транслейтер усиленно замигал, пожужжал немного и затих, признавая свое бессилие), а умирающего – перетащить на эту сторону. Это их самое ценное качество. 
- Разве это не лечение?
- Нет. Я не знаю, как вам объяснить. Я вижу, что ваш переводчик не справляется. На вашем языке нет таких слов. 
- Спок говорил что-то про равновесный поток, - пробормотал Кирк. 
- Спок?
- Это мой первый помощник, - и к тому же, судя по всему, ваш дальний родственник, - сказал Кирк. 
- Мой родственник?.. 
Вместо ответа Кирк потянулся к вмонтированной в стол системе связи. 
- Спок? Зайдите в кают-компанию. 
Можно подумать, что знаменитый вулканский поборник эмоций Сурак как-то раз заскочил и на родную планету Реде-лло, в качестве миссионера - размышлял Кирк. Спок будто в зеркало гляделся. Они не были внешне похожи друг на друга, но выражение, - точнее отсутствие такового, - очень даже одинаковое. Но потом Реде-лло сдержанно улыбнулся и наклонил голову. 
- Я никак не думал, что мы не единственные. Мы много веков в космосе и общались со многими расами, но никогда не встречали подобных нам. Могу я спросить, с какой вы планеты и как вы зовете себя?
 - Планета Вулкан, - сказал Спок. – Была. Ее уже нет. Самоназвание моего народа достаточно непростое для произношения, по мнению землян, - он кивнул в сторону Кирка, - и в Федерации нас называют вулканцы. Могу я, в свою очередь, поинтересоваться историей и происхождением вашей расы? Совпадение параллельного развития исключено, - слишком близки все показатели, а анатомия, и, насколько я понимаю со слов доктора Маккоя, физиология – практически идентичны. Различий больше между вулканцами и ромуланцами, предки которых покинули нашу планету почти восемнадцать веков назад. Поэтому вы, конечно, понимаете мое любопытство. 
- Конечно, - сказал Реде-лло. – но мне нечего сказать, кроме того, что мы всегда жили на нашей планете. Хроники уходят в очень отдаленное прошлое, и весьма подробны и достоверны, как это доказано нашими учеными, но в них нет ни малейших указаний на внепланетное происхождение нашего народа. 
- В высшей степени любопытно, - сказал Спок. – Могу ли я получить доступ к тем базам данных на вашем корабле, которые вы сами сочтете незакрытой для инопланетников информацией?
- Я полагаю, что я могу попросить вас о такой же любезности? 

Спок отправился на звездолет лалла-тхоо и сидел там два дня за компьютерами безвылазно. Было ясно, что разбирает его не меньше прочих, а даже больше, по понятными причинам, хотя виду он никакого не подает. В помощь ему дали девушку по имени Тин-ла, которая встала на ноги одной из первых. Кажется, это о ней заботился тогда в лазарете Реде-лло, сунув ей эту зверушку для быстрейшей поправки. А они со Споком неплохо смотрятся вместе, - почему-то подумал Кирк, когда сам явился на борт звездолета лалла-тхоо, - полюбопытствовать,  как продвигаются исследования. 
Планета Ла-тэл оказалась на очень большом расстоянии от пространства Федерации, - раза в четыре большем, чем расстояние от Земли до самых дальних рубежей освоенной Федерацией части космоса (на каковых рубежах они, собственно, сейчас и находились). Звездолет (имени у него почему-то не было,  а интересно, как они их различают, когда речь идет о нескольких?) – был исследовательским. Обычно они отправлялись в противоположном направлении, как более перспективном для исследований, - сказала Тин-ла, - в данном секторе они в первый раз. Она сообщила, сколько уже длится их миссия, но с временными единицами транслейтор пока что не справлялся. 
По поводу инфекции ни Тин-ла, ни заглянувший в отсек молодой парень, - техник, - если верить транслейтору, - ничего определенного сообщить не смогли. По-видимому, он зацепили ее на последней из посещенных планет, - с богатой флорой и фауной, - хотя были проведены все необходимые проверки, и никакой опасности не обнаружено. Загадкой оставалось и стремительное распространение болезни по кораблю (попала  в вентсистему?) и бездейственность принятых мер.
- Ладно, работайте, - скал Кирк – Пойду еще к Маккою загляну. 

- Как дела? – спросил Кирк, заходя в лазарет звездолета лалла-тхоо.
- Нормально, - без воодушевления сказал Маккой, ковыряя стилом столешницу.  
- Пациенты как?
- Идут на поправку. 
- Что ж, отлично… а ты чего сидишь киснешь? Хочешь, благодарность тебе впишу в личное дело? 
 - Иди ты со своей благодарностью, - сказал Маккой. 
Ну, вот еще один, - подумал Кирк. – Они что, все сговорились? Один в самоволку бегает, другой грубит. Ксенлингвистка эта наша передовая зыркает так,  будто испепелить хочет… 
- Не хочешь благодарность, - давай напишу рапорт – тебе медаль дадут. 
- Повесь эту медаль себе на… – сказал Маккой. Это было уже нетривиально. 
- Доктор Маккой, вы забываетесь, - холодно сказал Кирк, ломая между тем голову над природой этого явления. И не на гауптвахту же его посылать тоже?.. Вообще, а это мысль – Маккоя туда же, потом Ухуру, и до кучи всех преданных любителей хел-то, - и пусть сидят там все дружной компанией, хоть отдохну от их задвигов. На корабле тишь да гладь, - красота… 
Может, они устали? Да нет, вроде в последнее  время какой напряг? Да и отдохнули все на Ригеле-2 прекрасно, время было, - гуляли в увольнительных кто сколько хотел, - Маккой, помнится, тоже. 
Маккой вздохнул. 
- Да. Извини, Джим. Но ты тоже хорош – пристал с какими-то медалями. Тебе заняться нечем? Пациенты в порядке, состояние у всех удовлетворительное либо хорошее. Ты еще что-то хотел узнать?
- Хотел бы, но, видимо, пока не узнаю, - сказал Кирк. 

На «Энтерпрайзе» настроения у отдельных членов экипажа были тоже, прямо скажем, не ахти. Довольно поздно вечером по бортовому времени Спок вернулся на корабль и отправился в библиотеку, чтобы выгрузить свою добычу по культуре планеты Ла-тэл. Там же сидела Ухура и туда же чуть ранее, - очевидно, вследствие некоей навязчивой удачи, от которой он предпочел бы отказаться, - занесло и Кирка, которому не спалось, и он зашел взять посмотреть какую-нибудь старинную запись – может, даже из черно-белых, - в последнее время он почему-то полюбил смотреть именно такие. Ухура его не видела и не слышала, так как отдел со старыми записями, – в нем были даже древние, бумажные, книги, - был отделен от основного отсека какой-то матовой перегородкой  с пальмами, и обставлен пальмами же, но натуральными - причем, видимо, тот же ностальгирующий дизайнер предусмотрел здесь и шум моря, - волны, накатывающие на песок. В общем, Джим тихо-мирно копался под шум моря в записях, когда явился Спок.
Спок, завидев Ухуру, сообщил ей, что его изучение материалов по культуре неизвестной планеты дает очень интересные результаты… («Да уж, не сомневаюсь», - ввернула Ухура) …но он встречает некоторые затруднения, связанные с переводом. И не согласилась бы она помочь ему разобрать некоторые конструкции. Ухура вроде бы согласилась.
Поскольку начало беседы было вроде бы мирным, Кирк решил не сбегать из своего закутка, тем более что ничего для себя подходящего он еще не нашел. Он даже не слушал их, потихоньку перебирая блоки, пока беседа не перешла на повышенные тона.

- …«бегать темноту». У них есть и предлог «в», но здесь он не использован. То есть, фраза «бегать в темноту» тоже существует, но здесь какой-то другая смысловая нагрузка. Глагол становится переходным, хотя таковым не является. Ты понимаешь, что это значит? 
- Может, и да… я даже знаю кое-кого, кто как раз бегает темноту, задрав хвост. 
- Что ты имеешь в виду? 
- А то я и имею в виду. Эти твои так называемые исследования…
- Что значит – «так называемые»? Ведь нельзя же упускать возможность… 
- Конечно, нельзя, кто ж спорит! У вас никогда нельзя упустить такую возможность! Этакая краля – кто ж упустит!.. Да за ней все встречные мужики... 
- Ты прекрасно знаешь, что причина моего глубокого интереса к этим людям и их кораблю и культуре в ином… 
 - А одно другому не мешает. Сначала иное, а потом то самое. К тому же это для пользы дела, так ведь? Вы же одна раса, это ясно без твоих исследований. Ну, и значит вперед, - наводим мосты. Сотрудничество по полной программе! А ты и рад, прямо глазки засветились! Ну конечно, высшие цели! Ах, как изумительно удачно совмещается приятное с полезным! Ты же там два дня как приклеенный… 
- …я ученый, и, кроме того, вулканец, и мы встретили… 
- … проторчал, а сюда если и заскакивал, так мне даже и не рассказывал ничего. А потом еще звонит эта, - мол, она там для тебя какую-то запись еще сделала, - прям ни часа уже без тебя не может!
- Ухура, ты никогда прежде так себя не вела.
- Не вела, а теперь вот повела! Что, не нравится? Тихая дурочка лучше и удобнее? 
- Ты хочешь сказать, что не передала…
- Тебе передашь, так ты к ней обратно умчишься, бегать темноту,  а я вам не…
-… как офицер флота… 
- … сидит там со своей ушастой, - а я, значит, офицер! Я же только как справка по лингвистике тебе нужна! А в Йорктауне говорил… 
Да что ж ты будешь делать, - думал Кирк. - И ведь обязательно ругаться в библиотеке, да? Нет чтоб в трюм куда забраться - и наслаждайтесь общением, - нет, - мы ведь ученые, в трюме нам собачиться не пристало, нам всякий раз библиотеку для этой цели подавай; а ты теперь сиди тут и слушай этот бред, - ведь уже не высунешься даже. А вот возьму и выйду, - капитан я тут или нет?... Да нет, лучше, наверное, не надо… А Ухура и впрямь себя так никогда не вела, - обычно нос задерет, кинет что-нибудь изысканно-пренебрежительное и уйдет, а тут... не удивлюсь, если в волосы сейчас ему вцепится. Или в физиономию. А ногти у нее – ого, - не позавидуешь. С ума все посходили, натурально.

Утром доспать ему не дали.
- Кирк, - пробормотал он, дотянувшись до кнопки противно зудящего комма, вделанного у изголовья кровати (очевидно, кем-то, кто не любил капитанов звездолетов, - потому что в прочих каютах устройство связи было вмонтировано возле двери или репликатора). 
- Капитан, только что орионское судно вышло из варпа прямо перед нами, захватило тягловым лучом звездолет лалла-тхоо и попыталось уйти обратно в варп. Мы дали по ним выстрел, который сбил переход, они немного отошли в сторону, но следуют параллельным курсом. Щиты подняты. Мистер Спок вызван на мостик. 
- Сейчас буду, Сулу. 
К его прибытию на мостик Спок уже находился там (шевелюра вроде цела, и царапин на носу нет, - мельком подумал Кирк). Экран давал изображение нападавших – звездолет высокого класса, - подобного тому, что у «Энтерпрайза» - без сомнения, предназначенный для боевых действий – очевидно, корсар. Этот род деятельности был одним из излюбленных у орионцев. 
- Вызовите их. 
На экране появилось лицо орионца. 
- С кем имею честь?... 
- Командир Раф.  Капитан?..
- Капитан Кирк, звездолет Федерации «Энтерпрайз». Вы совершили нападение на эскортируемый нами звездолет дружественной нам расы. Я требую, чтобы вы принесли извинения и оставили попытки захвата, - если это, как я предполагаю, является вашей целью. 
- Этот звездолет не принадлежит Федерации, он – моя законная добыча, - сказал командир Раф. - С Федерацией мы не ссоримся, капитан, но своей выгоды я не упущу. Дадите мне увести этот корабль – расстанемся мирно. 
- Вы не хотите ссориться с Федерацией, но угрожаете ее представителям? – сказал Кирк. - Кроме того, на корабле, кроме наших друзей, находятся также члены моей команды. Таким образом, вы уже начали ссориться с Федерацией. Вы наверняка сами понимаете, что это неразумно. Вы должны немедленно прекратить ваши противоправные действия против рас Федерации, иначе вы понесете за это наказание. 
- Я понимаю, что неразумно отказываться от прибыли, во что я понимаю, - с иронией сказал Раф. – Поэтому мне остается только извиниться… 
Изображение пропало, сменившись картинкой двух зависших в пространстве звездолетов – лалла-тхоо и орионского. 
- Состояние систем вооружений противника? – быстро спросил Кирк. 
- Судя по данным сенсоров, они не собираются стрелять, капитан, - сказал Чехов. – Я думаю, что… 
Что он думал, они так и не узнали, - Кирк ощутил, как его словно бы накрыла мягкая черная волна, которая стремительно затопила то ли мостик, то ли его голову; придя в себя, он обнаружил, что лежит возле капитанского кресла. Голову подкруживало, но в целом он чувствовал себя почти нормально. Обзорный экран являл взору привычную  картинку космоса с россыпью звезд и без каких-либо признаков кораблей. 
- Спок, - пробормотал он, заползая в капитанское кресло и оглядываясь. Команда понемногу приходила в себя. 
- Да, капитан.  – Спок был на своем обычном месте, - похоже, и не покидал его, чтобы улечься на полу, как прочие. 
- Что это было?.. И где звездолеты? Мы сместились или… 
- Какое-то поле, сэр. Я анализирую. Звездолетов нет. 
- А ты что, не вырубился?.. Сколько это продолжалось? 
- Я - нет. – Спок, надо сказать, выглядел, - если присмотреться, - каким-то бледновато-зеленым, - нездоровый цвет даже для вулканца. – Несколько минут, капитан.
- Постой… - Кирк окончательно пришел в себя. – Черт с ним, с полем… хотя поле тоже… Корабли где? 
- В достижимом для наших сенсоров секторе пространства звездолетов не наблюдается. 

- Какие будут предложения, - сказал Кирк через полчаса, потраченных на поиск всевозможной информации на тему нападений орионцев, и вообще их особенностей. Они со Споком и Чеховым сидели в кают-компании; Чехов продолжал раскапывать что-то в местном компьютере. 
- Мы должны послать сообщение Звездному Флоту и известить их о нападении.
- Известим, конечно, только толку? Это ведь не наш корабль, хотя и с нашими людьми тоже. Они, конечно, рады бы помочь, но в данном случае передадут это все в Совет Федерации, - ну а те начнут готовить ноту, размышляя, как бы так красиво загнуть изложение вопроса, чтоб все присели. И даже если что-то зашевелится, так к тому времени этот орионец сменит имя, пол, корабль, а награбленное все распродадут и перепродадут еще четыре раза. Следов не найдем… Вы связались с «Конфиденс», Ухура?  - спросил Кирк вызывая ее по комму. 
- Да, сэр, но они ушли из этого сектора, на помощь Селестии-5.
- Плохо, - сказал Кирк. 
- Я просматривал информацию и сделал подборку по нападениям орионских корсаров с участием граждан Федерации, сэр, - сказал Чехов. 
- Включите ридинг. 

«Звездная дата 2239-16-1, - заговорил терминал бесстрастным женским голосом. - Нападение на корабль тхассов, на котором находился посол Федерации к тхассам Р’ратт, а также его секретарь Лоренцо Ломбарди. Оринцы назначили выкуп за тхассов, но ни слова не было о федералах. Ответ на запрос был следующим - да, посол ранее находился на корабле, но покинул его вместе с секретарем на личном шаттле, еще до нападения. Правительство Ориона передало представителю Федерации для ознакомления бортовой журнал с соответствующей записью, по факт подделки доказать не удалось». 
«Звездная дата 2247-1-4. Граждане Федерации, - пассажиры, воспользовавшиеся для скорости перелетом на семесском корабле через сектор вблизи Ориона (вопреки рекомендациям не делать этого), количеством 12 человек…» (Та же история с выкупом –семессов впоследствии выкупили родные, но ни слова не было сказано о пассажирах из Федерации). 
Звездная дата 2251-10-13. Совершено нападение орионских пиратов на промышленную колонию лаитов, тогда еще не вошедших в состав Федерации. Помимо оборудования и прочих материальных ценностей было захвачено и увезено на Орион более 270 гуманоидов, в том числе 57 граждан Федерации, среди которых были земляне, вулканцы и селли…» (Лаиты, как выяснилось чуть позже, отправились копать землю на богатом ископаемыми астероиде близ второй главной планеты Ориноского союза – Ридо; федераты как в воду канули, никого из них разыскать так и не удалось). 
Они прослушали еще пару случаев. Ориноцы на требование выдать граждан Федерации всякий раз отвечали, что никаких граждан Федерации среди захваченных ими не было, а остальных, - вот список, - может выкупить любой, кто заплатит назначенный выкуп. И зачем бы нам отказываться от выгоды, говорили они. Ясно было, что отказываться от выгоды их заставляет какой-то приказ свыше - хотя официально нападавшие корабли считались пиратами, и правительство делало вид, что борется с этим предосудительным явлением, – при этом, разумеется, оно покрывало их, получая немалые  барыши от данного вида деятельности. Призвать их к порядку было невозможно, как и решить проблему каким-либо иным, мирным либо военным путем. Официально для развязывания военного конфликта повода не было, к тому же конфликт, при силе Ориона в кораблях и вооружении, вышел бы слишком масштабным и стоил бы жизней многих. 
Федерации оставалось только по возможности избегать любого рода контактов с беспринципными соседями – к счастью, не слишком близкими, - и запретить доступ орионских судов в свое пространство. 
- Похоже, они всегда… заметают следы, сэр, – сказал Чехов упавшим голосом. 
Кирк попытался привести в порядок лицо, стерев с него испуг, не приличествующий капитанскому званию. Боунз… 
- Нет, Спок, Звездный Флот и Федерация нам в этом не помогут, - сказал он после паузы. – Может, потом это дело даст пищу для перетирания политикам и журналистам, но что нам до этого? Мы должны вернуть их. Маккоя и прочих. Причем быстро. 

На звездолете лалла-тхоо командир орионцев оставил около тридцати своих людей, - более чем достаточно, чтобы управлять судном и присматривать за пленными. Офицеров с «Энтерпрайза» заперли, очевидно, где-то отдельно от лалла-тхоо, которые вместе с Маккоем и его помощником Рене Бертленом остались в лазарете. Орионцы вели себя не грубо, - скорее, по-деловому, - вычистили весь лазарет, - и медикаменты и переносную технику, - проигнорировав выступление Маккоя против произвола. За это игнорирование Маккой даже почувствовал что-то вроде признательности, - он-то думал, что ему сейчас съездят, например, по ребрам за его пламенные речи, - редко кто из крепких ребят с серьезным оружием в руках, и притом не слишком отягощенных ценностями цивилизации (кроме материальных награбленных, - их-то у них как раз хватало), смог бы удержаться от такого удовольствия. Однако орионцы пребывали в некоем благостном настроении, - может быть, по причине стоимости захваченного корабля, - которая, даже поделенная на многих членов команды, составляла внушительные суммы. Так или иначе, его просто не заметили, вынесли все, что можно было вынести из лазарета, и заперли дверь. Они остались одни. 
Лалла-тхоо отнеслись к экспроприации философски. 
- Благодаря вам, а также хел-то, мы почти что в норме, - сказал Реде-лло Маккою (транслейтерами захватчики почему-то не заинтересовались, - впрочем, модель была самая обычная, распространенная по всей Федерации, и стоила, конечно, немного). – Нам нужно еще лишь совсем немного времени.  
- Немного времени - для чего? – уточнил Маккой. 
- Прежде чем мы сможем забрать свой корабль назад под свое управление. 
- Э… и как, простите, вы собираетесь это делать?... 

Делать это они собирались просто и изящно. Очевидно, и орионцы также прежде не сталкивались с ними, - не только федералы. И слава богу,- а то бы они, конечно, позаботились принять какие-нибудь более серьезные меры против лалла-тхоо, чем простое запирание в лазарете, - думал Маккой, выходя в коридор за Тин-ла и глядя, как орионец-охранник вручает ей свой дизраптор,  - или что там у него за пушка, - глядя на нее притом как на сестру свою родную, - любимую и единственную. Лалла-тхоо оказались телепатами, - бог его знает, - какого-то, наверное, восьмидесятого уровня, - способными через стенку внушить к себе любовь и преданность распоследнему оторве, - чуждому,  казалось, вообще каких-либо человеческих, - ну, в смысле, гуманных – или как это сказать, - чувств. Маккой однажды видел, как Спок «подозвал» человека, находившегося за запертой дверью, но сделал он это явно не без усилий. Эти внушали что хотели будто играючи, - таких определено лучше иметь среди своих друзей, - с такой мыслью Маккой наблюдал за ходом этой прогулки, имевшей характер скорее сбора урожая, чем захвата корабля. 
Дальше, к сожалению, было сложнее. На расстояние сотен метров, - до идущего в пространстве звездолета, - телепатические сигналы, конечно, не проходили. Звездолет лалла-тхоо, предположительно, превосходил орионский по маневренности и скорости, но нужно было время на маневр. Орионскую охрану где-то заперли, чтобы не отвлекала внимание от управления, оставив парочку для связи с их кораблем – начальника команды на трофее и рулевого.
Маккою не хотелось быть в стороне от событий.
- Вы позволите присутствовать на мостике, капитан? – спросил он Реде-лло. 
- Это честь для нас, целитель Маккой, - сказал Реде-лло. 
- Хм… вообще-то, меня можно называть просто Маккой, я не настаиваю на титулах, - сказал Маккой;  заметив же недоуменные взгляды, он сказал, – впрочем, как хотите, конечно. 
Тем временем выяснилось, что система связи была перенастроена таким образом, что давала воспользоваться связью на очень ограниченном количестве частот, - очевидно, орионский корабль; возможно, что-то еще в секторе Ориона. Но не Федерация, не Звездный Флот и не планета лалла-тхоо. Очевидно, это была стандартная практика. Возможно, проблема была решаема, но требовалось время. 
Оказавшийся на борту лейтенант Граттон (командированный Кирком в качестве старшего офицера на звездолет, - на время, пока команда последнего поправлялись в лазарете), сообщил Реде-лло, что уже ранее бывал в этом секторе, и здесь на одной из планет имеется ремонтная база Звездного Флота. Разумнее всего было пока что пытаться уйти в этом направлении и попытаться связаться с «Энтерпрайзом» и с системой Ла-тэл. Проверка по ноуту с «Энтерпрайза» показала, что да, - лейтенант совершенно прав, - и несколько человек, из обоих команд, сели переводить координатную систему Федерации в считываемую местными приборами.  
Орионский звездолет вызывал трофей с периодом часа в два. К очередному сеансу связи они подготовиись. 
- И чего ты лыбишься? – подозрительно спросил Раф своего заместителя на трофее. 
- Ничего, сэр! Все в полном порядке, сэр!
- Вы там нашли чем обкуриться, что ли, - проворчал Раф. – Дай-ка мне Кандора. 
Увы, Кандор пребывал в таком же приподнятом настроении. Видимо, телепатическое воздействие имело свои побочные действия, - возможно, в силу каких-то особенностей орионского организма, – потому что заставить их быть серьезными при общении даже с командованием не получалось. Орионцы говорили то, что им было внушено, но при этом почему-то сияли как солнышко красное, и, хорошо еще, если не пошлют своему командиру воздушный поцелуй, - думал Маккой, глядя на все это. Во всяком случае, попытки облобызать бывших пленников уже были. Вот ведь тоже – не ждали, не гадали… 
- Впереди газопылевой шлейф с метеоритным потоком, - очень тихо сказал парень, которого звали Л'до,  - очевидно, он исполнял обязанности рулевого. Его панель и его самого не было видно в камеру, которая давала изображение на корабль Рафа – Пройти можем. 
- Кандор. Объясни мне немедленно, что происходит, - сказал Раф с экрана. 
- Мы тут вроде заметили какое-то небольшое судно, - возможно, тенгонской торговец, они часто бывают в этом секторе, - сказал Кандор со счастливым видом. 
- Я вам не давал приказа…
- Курс – марк-два-восемь, поправка тринадцать, - сказал Реде-лло. 
Изменение курса на звездолете с искусственной системой гравитации почти неощутимо. Чего нельзя сказать о выстрелах из бортовых фазеров. Раф дал их расширенным лучом, стремясь не повредить трофей, с явно которым происходило что-то не то, а просто исчерпать его энергию, обездвижить, а потом уже разбираться. Они вывалились из варпа в обычное пространство, и теперь их непрерывно трясло, словно они ехали в телеге по ухабистой дороге. 
- Торпеда, - сказал Реде-лло, кивая, чтобы прервали связь и занимая место капитана.  – Еще одну. 
- Энергия – сорок пять процентов, щиты – меньше тридцати, - сообщила девушка у пульта справа. По вооружению исследовательский звездолет лалла-тхоо явно не мог тягаться с навороченным военной техникой, предназначенном для боя кораблем орионцев. – Если энергия упадет ниже тридцати, они смогут захватить нас тягловым лучом, как в прошлый раз. 
- Сколько до шлейфа?
- Двенадцать нокло, капитан. 
- Форсаж. 
Почему-то временные единицы транслейтор не переводил, но, пока Маккой гадал, что это за нокло такое, экран заволокло сиреневой дымкой, а пол под ногами плавно, как в лифте, но быстро пошел вниз. 
 - Слишком много крупных единиц, капитан, - сказал Л'до.  – Высокий риск повреждения корабля, при такой мощности щитов. Плотность растет. Восемь процентов... Двенадцать… 
 - Придется рискнуть, - сказал Реде-лло. - Уклоняйтесь по возможности, - И в этот момент корабль словно въехал в стену. Маккой налетел на панель с приборами и уцепился за какой-то выступ, гадая, где верх, где низ. Лиловые вспышки на панелях, удушливый дым, какое-то многоголосье из динамиков – то ли инструкции, то ли доклады. Наушник молчал. Он нащупал транслейтор, и тот жалобно скрипнул под его рукой, какой-то отколотый кусок отпал и остался в руке. Корабль неимоверно трясло и мотало из стороны в сторону. Продолжалось все это довольно долго. Потом из дыма появился Л'до, - он крикнул ему что-то сквозь шум и ткнул куда-то рукой, но, видя, что Маккой не понимает, схватил его за рубашку, подтащил к свободному креслу и ткнул кнопку (скользнули и защелкнулись ремни безопасности), а сам, хватаясь за поручни и панели, направился к своему. Взревели какие-то двигатели – должно быть, маневровые, и движение корабля немного выровнялось. 
Некоторое время было ощущение свободного падения, затем тряска возобновилась, - судя по изображению на прояснившемся видовом экране, они входили в атмосферу. 

- Спок, - сказал Кирк после некоторого размышления, - на второй базе нам поставили эту штуку, - забыл, как называется, - она, как я понимаю, позволяет отслеживать прошедший некоторое время назад звездолет, двигатель которого работает на дилитиевых кристаллах.  
- Верно, капитан. Технология названа разработчиками «спейстрейл». Разработка эта новейшая и почти никем еще не использовавшаяся, она основана на нарушении изотропности реликтового излучения при прохождении звездолета с двигателями на основе дилития, что позволяет отследить его в пространстве…
- Сэр,  - вмешался Чехов, - В спецификации на прибор было отмечено, что, к сожалению, срок жизни следа невелик и может быть смыт почти любым возмущением в пространстве – звездный ветер, ионный шторм, даже крупный метеорит. Но зато нарушение изотропности происходит в пределах окружности довольно большого радиуса от двигателей.
- Вы читаете все спецификации, Павел? – с невольным интересом спросил Кирк. Вообще-то, он и сам тоже был обязан это делать, - по долгу службы, при любой смене оборудования, - но писавшие инструкции на этот счет, похоже, то ли не были осведомлены, сколько нового оборудования ставится либо заменяется на звездолете подобного класса при регулярных модернизациях на базах, то ли просто не знали, что часов в сутках, - если даже взять стандартные, - увы, всего двадцать восемь. Кирк, конечно, проглядывал все бумаги на поставки  - он же должен был их еще и подписать, -  но какой прок в  прочтении им, скажем, описания устройства и действия какого-нибудь инфузатора или киберблока для операций? Он и слов-то таких не знает, которыми там написана большая часть текста. К тому же, если читать  все подробнейшие спецификации, расписанные добросовестными инженерами во всех деталях, - времени на исследование космоса просто не останется. Современнейший звездолет, деятельность команды которого заключается лишь в постоянном обновлении своего чудесного достижения науки и техники – веселенькая идея. 
 - …На инженерно-техническое оборудование и системы вооружения, связи, сканирования и отслеживания – все, капитан, - сказал Чехов.  
Ну надо же, - подумал Кирк, – и при этом он еще как-то успевает спать, есть и даже целоваться с девушками. Фантастика! 
- Я подключил прибор к своей панели, - сказал Спок. - Однако, хочу вам напомнить, что двигатель звездолета лалла-тхоо работает не на дилитии. И если они разделятся, что нельзя исключать…  
- Будем надеяться, что в ближайшее время они не разделятся. Но, конечно, нужно что-то придумать на этот случай. 

В обычных условиях звездолет подобного назначения при своей надежной метеоритной защите получил бы минимальные повреждения при прохождении через поток, но атаки орионцев снизили эту защиту до минимума, и, насколько Маккой мог понять – им крепко досталось. Возможно даже, они еле дотянули до этой, ближайшей к ним, планеты, - класса «М», - по ранжированию, принятому в Федерации; - но понять это по лицам лалла-тхоо не представлялось возможным. Такое впечатление, что их совершенно не волновало, дотянут они до планеты или развалятся на части по дороге. Вулканцы, - думал Маккой, - по сравнению с ними просто холерики. А может, они, к своей телепатии, еще и ясновидцы? Знают заранее, что долетят… ну, или напротив, - не долетят, – и чего тогда зря дергаться?.. 
Как бы то ни было, они долетели и даже сели вполне удачно  - исследовательский звездолет, - гораздо меньший по размерам, чем «Энтерпрайз», - был приспособлен и для посадки планету. Пострадавшие, разумеется, были, - к счастью, ничего серьезнее растяжений и ушибов. Поскольку Маккой, по видимому, оказался временно исполняющим обязанности врача на данном корабле, он провел ревизию медоборудования по кораблю, но медикаментов и медицинской техники, - ни местной, ни с «Энтерпрайза», - к огорчению Маккоя, на борту почти не осталось – очевидно, это все забрали на орионский корабль. Ну хотя бы помощник у него был, - Рене Бертлен, который помогал ему во время борьбы с эпидемией. Он же передал ему свой транслейтор, - который мог работать на несколько наушников, - так что они все были полностью в курсе затруднений, который Реде-лло изложил на  совещании, устроенном сразу после оказания медпомощи всем нуждавшимся в ней. 
Задачей номер один был, естественно, ремонт корабля, сильно пострадавшего в метеоритном потоке. База Флота, - по словам лейтенанта Граттона, который во время службы на «Иксепшен» однажды посетил ее, - располагалась в южном полушарии, где оказались и они. Пара ноутов с «Энтерпрайза», прихваченных его офицерами на борт звездолета лалла-тхоо, дала более точные сведения, которые после некоторой возни в виде  совместных расчетов соотнесли с координатами посадки звездолета. Оказалось, что база находится сравнительное недалеко. 
Возникал вопрос, как быстро можно будет адаптировать оборудование Звездного Флота к нуждам инопланетного корабля. В принципе, как правило, это удавалось, по опыту Звездного Флота, - во Вселенной было не так уж много различных типов вещества, а без хороших инженеров, химиков, ученых, в космосе нечего было и делать. 
Проблема еще в том, что один, слабо отраженный, и напоследок концентрированный удар, они приняли на палубу шаттлов, и четыре полностью вышли из строя. То есть, восстановление было возможно, но не при тех материалах и оборудовании, которым они сейчас располагали. Оставались два с меньшими повреждениями. Были еще челноки, предназначенные для передвижения в атмосфере, но они считались менее надежными, а главное, - проигрывали в скорости. Так что для экспедиции был выбран наименее пострадавший шаттл. 
Стоило остерегаться и орионцев, которые вряд ли так просто распростились бы с добычей. Шаттл засечь было проще, так как маскировка на него не ставилась. Поэтому Реде-лло решил взять большую часть своих людей с собой, на случай столкновения, а звездолет замаскировать, - если удастся это сделать, так как маскировка тоже пострадала. Чинить то, что пока можно было без снабжения с базы, осталось около пятнадцати лалла-тхоо и человек семь с «Энтерпрайза».  
Маккой собирался пополнить, а вернее, восстановить на базе свои запасы медприборов и препаратов. У орионцев были с собой индивидуальные аптечки, - но, насколько Маккою было известно, анатомия, а тем более физиология орионцев довольно сильно отличалась от земной и вулканской, и он не рискнул бы использовать оттуда ничего, - кроме разве бинтов. Так что он сообщил, что хотел бы принять участие в экспедиции на базу. 
- Это может быть опасно, целитель Маккой, - сказал Реде-лло. – Мы очень благодарны тебе за спасение наших людей и не хотели бы… У нас целителей очень уважают и стараются не подвергать их лишней опасности. 
- Хм… ну, тогда, когда это все кончится, я подумаю насчет поселиться на вашей распрекрасной планете, - сказал Маккой. – А пока что, - тем более раз вас, вполне вероятно, ждет какая-нибудь заварушка, я полечу с вами, поскольку моя помощь может вам, - не дай бог конечно, - снова понадобиться. Я офицер, и у нас как-то не принято прятаться в тылу, когда прочие рискуют. Да и надо отобрать медикаменты, у нас же тут практически ничего не осталось. 
Реде-лло наклонил голову и, выставив перед собой руку ладонью вниз, на уровне груди, поднял ее затем вертикально вверх - выше головы. 
- Это значит, что вы согласны со мной? – спросил Маккой. 
- Не совсем… но я согласен с тем, что каждый должен исполнять свой долг. Это логично. 
- Как, вы тоже знаете это слово? – пробурчал Маккой. 
- Какое слово? 
- Это мне за то, что я дразнил Спока, точно, – сказал Маккой. – Вот сижу теперь на необитаемой планете, наслаждаясь  компанией остроухих, с зеленой кровью, поминающих логику… 
- Что вы сказали? - переспросил Реде-лло. 
- Да ничего, - вздохнул Маккой – ничего существенного. 

- … И если они по какой-то причине разделятся, - а это ведь вполне возможно: трофей – на базу, а сами - дальше бороздить просторы, - то мы будем следовать за ненужным нам судном… 
- При условии, что всех пленников оставили на месте, - сказал Спок.  
- Ну, да. Но это очень вероятно. Будем исходить пока из этого. В общем, что  сейчас является первоочередной задачей – это выяснить, можем ли мы как-то модифицировать ту штуку, - спейстрейл, - чтобы она считывать след и звездолета лалла-тхоо тоже. Значит, вопрос в его двигателях. 
- Инженерный, - сказал он, нажимая кнопку на подлокотнике, - мистер Скотт? Что?.. На какой еще гауптвахте?.. Ах, да… Ухура! Скажите там на гауптвахту, чтоб немедленно гнали его оттуда! Нашел время. Пусть явится  в кают-компанию. И еще, у нас сейчас кто-нибудь из лалла-тхоо есть на борту? 
- Да, сэр, - двое. Они здесь как бы по информативному обмену с нашими… Гауптвахта не отвечает, сэр. 
- В каком смысле – не отвечает? 
- В прямом, сэр. Я вызываю, ответа нет. Система связи исправна. 
Бардак на судне, - подумал Кирк. - Не флот, а пикник воскресной школы. Всех к чертям уволю. 
- Дайте начальника охраны, - сказал он. – Сид, это ты? Кто у тебя там сегодня на гауптвахте? 
- Э… Один момент, - сказал Сид. Ясно было, что про такую мелочь, как гауптвахта, начохраны вспоминает нечасто. – Сейчас, Джим… Вот, - лейтенант Бергински. 
- И почему он, интересно, не отзывается по связи? 
 - Как это – не отзывается?.. – озадаченно спросил Сид. – Сейчас я узнаю. 
- Отставить. Я сам узнаю. – Кирк мог бы и не бегать туда сам, конечно, - но ему до тошноты надоело просто сидеть в кресле и ждать, и переживать, и не подавать виду, что переживаешь. А тут хоть какое-то действие.  
- Да, сэр. 
- Ухура, тех двоих тоже отправьте в кают-компанию. Пусть их кто-нибудь проводит. Я скоро буду там. 

- Нет, две аварийных посадки за одни сутки – это, пожалуй, чересчур даже для страстного любителя приключений, - подумал Маккой, выбираясь из шаттла по сильно накренившейся палубе и помогая вылезти Делии Монро. Она была научницей – микробиологом, - и попала на корабль уже после истории с Йорктауном. Это была ее первая миссия, первый год после Академии, и девушку просто переполнял энтузиазм научных исследований. Маккой, в силу некоторых причин, приглядывал за ней в совместных вылазках на неизведанные планеты, - очень аккуратно, стараясь не переступить той грани, за которой о них начнут судачить, фантазируя то, чего не было и в помине. И надо же было ей попасть в эту заварушку, - она упросила капитана разрешить ей отправиться на корабль лалла-тхоо, чтобы проглядеть их базы данных, по своей тематике, - и прибыла на борт как раз перед захватом звездолета. И в эту экспедицию на базу она тоже напросилась, стремясь хоть в таких обстоятельствах что-нибудь да изучить по ходу пьесы. Нельзя сказать, что Маккой не понимал ее интереса к исследованиям, но лучше бы, конечно, - думал он, - всем нам если и шариться по диким местам, то на исправной технике и под присмотром с орбиты. Но обстоятельства не выбирают, - во всяком случае, далеко не всегда, - и раз уж так, то придется пока жить с тем, что дали. 
Дали-то, в общем, не самое плохое место – подходящая атмосфера, приемлемый климат, вода и до кучи огромное поле для исследований неугомонных искателей новых миров. Вокруг стояли джунгли, - очевидно, совершенно девственный и непроходимый лес, и, - также очевидно, - населенный кучей новых форм жизни, - хоть заисследуйся. 
Но, как это часто бывает, именно в данный момент было не до этого. Сели они, в целом, удачно, - поломки, по причине повреждения шаттла,  заранее опасались и в какой-то мере были к ней готовы. Техники принялись копаться в двигателе шаттла, пытаясь оценить его состояние, хотя сразу дали понять, что состояние требует ремонта, и отнюдь не косметического, - как понял Маккой. Остальные принялись разбивать лагерь. 
- У нас были самосборные жилые модули, - сказала Тин-ла, привязывая кусок ткани к каркасу из жердей, - но орионцы их забрали. Нам повезло, что блок для производства тканей остался. 
- Вы с трудом можете противостоять нападению, из-за ваших систем вооружения, - сказал Граттон, державший один из шестов, пока другие закрепляли его растяжками. – Оно, оно, конечно, ваш телепатический фокус хорош, но неплохо иметь и надежное оружие. 
- Наверное, но мы предпочитаем не стрелять… мы исследователи и не сторонники насилия. Обычно мы обходились внушением. Просто нас сейчас осталось слишком мало.
- Что, и легенд у вас никаких нет, – к примеру, про диких предков? – с неподдельным интересом спросил Маккой. 
- Про кого?.. 
- Ладно, проехали. Но задачка интересная, - ничего не скажешь. 
Они нашли источник (на борту, конечно, были установки для производства воды, но обычная вода из ручья, как правило, вкуснее), а также плоды, которые устройство в руке Тин-ла посчитало съедобными. 
- Планета в высшей степени пригодна для жизни разумных существ жизни, - сказала Тин-ла за едой. 
- Проблема в том, что орионцы тоже считаются разумной жизнью, - сказал Граттон. 
- Просто они – из тех рас, которым требуется развитие, - сказал Реде-лло. – Таким всегда приходится непросто. 
Земляне переглянулись. 
- По-моему, непросто сейчас скорее нам, - пробурчал Маккой. 
- Я не совсем поняла… - сказала Делия. -   А вам оно, что – не требуется? Развитие, то есть.
- Нам – нет. Зачем менять стабильную систему?
- Но это же застой… стагнация. 
- Нет, - терпеливо сказал Реде-лло. – Стагнация, - если я правильно понял смысл слова, - это один из этапов того, что вы называете развитием. Для динамичных культур. Для стабильных этого не требуется. Для них не применимы парные понятия, которые описывают процесс линейного развития. Здесь другая система, радиально-возвратная. Есть центр, из которого исходят векторы познания, но в центр они и возвращаются. 
- Хм… А ваши исследования космоса – это разве не развитие? Не путь вперед? 
- Нет. Это просто прорисовка картины мира. Это не путь вперед, это деталировка и углубление. Я просмотрел данные о вашей цивилизации, и о подобных ей, - вы всегда идете через борьбу – в направлении, которое вам кажется движением вперед. Иногда так оно и есть. У вас такая лли-кен. У нас она другая. 
- Лли-кен, значит, - сказал Маккой. – Ладно. Не сказать, что я все понял, но что-то в этом есть… А у вулканцев эта лли-кен, - она такая же, как у вас, или другая? 
- Не могу сказать, у меня недостаточно данных.

Гауптвахта «Энтерпрайза» относилась к таким уголкам Вселенной, куда редко ступала нога человека (или какого другого существа), - за исключением ежедневно отбывающей тут охраны. Многие и понятия не имели, где именно она находится, а кто-то и слова-то такого не знал. Так что в обычных условиях она смело могла поспорить за звание самого тихого и спокойного местечка на корабле. 
- Хорошо, что ты здесь, Монти, - сказал Маттиас Бергински, сидя рядом со Скотти в отсеке для арестованных. Конечно, ему полагалось сидеть не внутри, а снаружи, но уж слишком небогата событиями и собеседниками была жизнь местной охраны. -  Вот скажи, кого я здесь сторожу? Тебя я, что ли, здесь сторожу?.. Так ты сам сюда пришел, - и куда ты денешься?.. Куда ты, psia krev, денешься с корабля?.. Ну, допустим, ты подкупишь меня, я тебе дам код, и ты свалишь отсюда, и что? Будешь прятаться в каюте у Джейлы? Вот тебе самому не смешно, а? скажи. 
- Не знаю, - сказал Скотти – скорее, скучно. Отличный ты парень, Мачек. А ты знаешь, у меня в каюте есть настоящий шотландский виски. Я его берег для какого-нибудь такого случая, - ну, когда, например, взгрустнется. Вот сегодня, сдается мне, как раз такой день. Слушай, не сходишь за ним, а? Это же не запрещено?
- Нет, нету такого в правилах, чтобы запрещено, - сказал Мачек. – В смысле, ты в целом можешь получить что захочешь, -  ну, если это не мятеж и захват корабля, конечно. Но я-то свой пост оставлять не могу,  - сам понимаешь. 
- Слушай, а ты звякни Джейле, - сказал Скотти. - Она сегодня не на дежурстве. Палуба восемь, двадцать три-два. Она не откажется сгонять, она девушка понимающая. 
Понимающая девушка оказалась у себя и сгонять тоже не отказалась, но присоединяться не стала, потому что она договорилась в два часа «пойти играть с девочками в спейсбол». 
- Выпей со мной, Мачек, - сказал Скотти, наливая себе виски. 
 - Ты же сам знаешь, что устав запрещает мне это, - твердо сказал Бергински. -  Хотя… да кому мы тут нужны. Может, о нас еще неделю не вспомнят. Они там будут выслеживать этот звездолет, догонять, стрелять; может, брать на абордаж пиратов… и всё без нас. Жизнь проходит мимо этого места, Монти. Налей мне. 
- …И надо же, что я тут сижу, когда там такие дела, - сказал Скотти через некоторое время. – А я ведь мог бы быть полезен! Я и на тот звездолет-то ис-клю-чительно для пользы дела отправился! Когда я вообще на службе делал что-нибудь не для пользы дела? И где благодарность, Мачек?.. А?... Где она? 
- Такова наша служба, - сказал Мачек, - он сидел, горестно подперев рукой голову. – Всю душу вкладываешь, и никто этого даже не замечает. 
 - Душу… да, точно. Ты очень тонкая личность, Мачек, - сказал Скотти. - Я бы, наверное, не смог всю душу вложить в гауптвахту. Это не каждому дано. 
- Только ты меня и понимаешь Монти. Отличный ты парень. 
- Мы оба отличные парни, вот что я считаю. А никто не ценит. Давай выпьем… 
- Нет, давай мы лучше споем. 
Хэй, хэй, хэй, соколы, 
Омияйче гу-рылясыдо-лы, 
Дзво-онь, дзво-онь, дзвонь-дзвонэчку, 
 Муй стэповы скво-ро-нэч-ку…
Нет, погоди… Надо сначала… - 
Хэй, там, дже зь'над чарнэй воды 
Фсщяда на кунь козак млоды… - 
 - давай, Монти, подпевай, - 
…Чуле жегна с'ше з дз’жэфчино'н… 
- Ну, что же ты не поешь?..
-  Ты меня уж извини, Мачек, - сказал Скотти. – Только я такое даже трезвый не вы-го-ворю. Но это очень красивая песня. Очень. И смысл такой глубокий. А про что это?..
Маттиас тяжело вздохнул и махнул рукой. Некоторое время они сидели молча, потом Скотти сказал:
- Не печалься, Мачек. Давай лучше выпьем еще по одной и споем знаешь какую?.. 
К моменту прибытия капитана на гауптвахту стражник и заключенный сидели в камере, приобнявшись за плечи и, меланхолично раскачиваясь, старательно выводили: 

We' ll tak a cup o’kindness yet
For auld lang syne…

Через некоторое время ситуация была в целом урегулирована. Начальнику охраны накрутили хвост; главного инженера привели в чувство с помощью нейтрализатора алкогольной интоксикации, доставленного испуганной девчонкой из медотсека (при виде ее Кирк пожалел, что так рявкнул в интерком, - девчонка была очень симпатичная, - но смягчать впечатление не стал, - и так все разболтались, и суровое капитанское обхождение будет всем только на пользу; во всяком случае, он на это надеялся). На лейтенанта Бергински нейтрализатор тратить не стали, а просто заперли его все в том же отсеке для арестантов, приставив к нему очередную жертву гауптвахтовой традиции. После чего Кирк и Скотти наконец отправились в кают-компанию.

Делия Монро поправила прическу, что-то подкрутила в трикодере и двинулась в сторону от лагеря.  
- Не отходите далеко, - окликнул ее Маккой. 
- Тогда составьте мне компанию, - сказала девушка. – Я просто не могу сидеть без дела, а тут мы пока ничем не можем пригодиться. Мы только глянем, что тут рядом, - сказала она, заметив сомнение в его глазах, – смотрите, какой лес! Мы ведь все-таки с исследовательского корабля, и упускать такой случай… 
У них имелся один из двух трикодеров с «Энтерпрайза», которые остались на захваченном судне и опять перешли в руки законных владельцев. Жаль, фазеров не было. Забранных у орионцев штуковин было немного, их распределили между собой, но на всех не хватило. Да Маккой и не стремился всюду таскать с собой эту машину для убийства, - довольно тяжелую, надо сказать, штуку. 
- Ну хорошо, - сказал Маккой – Держитесь рядом. 
Они пошли в сторону от лагеря. 
 - Как здесь красиво, - сказала она. – Словно в раю.
 - Видали мы такие райские уголки, - буркнул Маккой, который, впрочем, тоже невольно залюбовался красотой дикой, чужой, но изумительно яркой и какой-то даже сверкающей природы.  Мощные темно-сиреневые стволы то ли деревьев, то ли гигантских папоротников, в несколько обхватов, поднимались куда-то к небу, и не видно было, где у них верх. Многоярусное пространство под ними было целиком захвачено местной флорой и фауной, изобилие которой и вправду вызывало в памяти старинные картины с живописанием Эдема,  - правда, без толпы копытных и прочих крупных животных. Но всякой мелочи и растительного буйства было предостаточно. На уровне глаз отовсюду свисали гроздья пламенных, бледно-салатовых и тигровых цветов, источавших фантастические ароматы, от которых лучшие парфюмеры, должно быть, заплакали бы в голос, признавая свое бессилие; а в переплетениях стволов  стеблей бойко сновали сотни мелких летающих… поди разбери – кого. Самыми яркими среди них были то ли птицы, то ли мелкие дракончики,  - что-то клюв у них какой-то слишком хищный (а интересно, не кусаются ли они, - подумал Маккой). 
Азарт научного сотрудника наконец взял в девушке верх над эстетическим чувствами, и Делия достала трикодер. Включив запись, она направила его на ближайшего дракончика, который уцепился когтистыми лапами за свисающий стебель и качался на цветочной грозди. Дракончик щелкнул клювом, Делия отпрыгнула. Маккой засмеялся. 
- Похоже, он против использования его личных данных в интересах науки, - сказал он. – Но прошу вас, будьте осторожнее, - эти пираты дочиста выгребли наши медицинские  запасы, а вы и сами прекрасно знаете, что укушенные раны на любой планете обычно инфицированы по полной, не говоря уже о всяких прелестях вроде вирусов, причем о местных мы даже не имеем ни малейшего представления.  
 Дракончик улетел. Делия прошла по поляне, видимо, на сей раз изучая цветы или же свои микроорганизмы. Маккой, следуя за ней, вдруг уловил краем глаза в зарослях слева какое-то движение, отличное от трепетания листвы, глянул в ту сторону и обомлел: припавший к земле зверь, - размером с земную пантеру, пожалуй, - и явно тоже хищник, - готовился к прыжку. Маккой осторожно отступил в сторону шаттла, подпихивая девушку туда же, и, когда стало ясно, что до прыжка зверя осталась секунда, успел с силой толкнуть ее  - в сторону людей и безопасности укрытия. Затем неимоверной силы удар сбил его с ног и раздирающая боль прошила спину и шею. Почти теряя сознание, он попытался высвободиться, но в ответ зубы зверя сомкнулись на его руке выше локтя. Он еще успел увидеть бросившихся к ним людей, услышать чей-то крик и заметить вспышку, - а затем провалился во тьму. 

Гости «Энтерпрайза» нигде не заблудились, а были благополучно препровождены в кают-компанию, где и сидели сейчас в окружении надутого Скотти, сердитого Кирка и задумчивого Чехова, специалиста по техническим новинкам, - явно проигрывая при этом землянам по спектру чувств и эмоций. Кирк никак не мог понять, - а они вообще волнуются по поводу того, что остались тут одни на пусть дружественном, но абсолютно чужом звездолете, - и неизвестно, смогут ли снова увидеться со своими? Может, они прямые потомки Сурака, с закрепленным в безусловный рефлекс отсутствием эмоций? У Спока их раз в восемь больше. 
Помочь им гости, как оказалось, могли мало чем. Один из них оказался техником пищевых ячеек, а другой – вообще, если они правильно поняли, художником. В других обстоятельствах Кирк бы удивился, а что он делает на звездолете – может, пассажир? - но сейчас времени не было даже на удивление. Ясно было только, что двигатели своего корабля они знают немногим лучше Кирка. Название используемого вещества Кирку никак не помогало.  
Однако Скотти, похоже, знал о данном предмете больше. 
- Да, сэр, - мне тот парень черкнул формулу и мы ее там разобрали, по их книжке, с транслейтором (Это, стало быть, к тебе программа перевода попала раньше, чем ко мне? – подумал, негодуя, Кирк, но заострять тему не стал - не до того было). …Она такая чудесатая, что прям в мозги врезалась. Не сказать, что я до конца понимаю, как такая фиговина вообще может существовать, не разнеся при этом пол-Вселенной, но если они нашли, как взять ее под контроль, то, конечно, она круче дилития раз в пять. Двигатель на ее основе может дать варп, ну, я не знаю… 
- Погодите, мистер Скотт, сейчас речь не об этом. Вы знакомы с принципом работы спейстрейлера? 
- Видал я эту штуку, сэр. Внешняя часть установлена рядом с датчиками основных сенсоров. Только мы ей еще не пользовались. Ищейка, идет по следу дилитиевого двигателя. 
- Вот именно. Вы могли бы перенастроить ее для отслеживания их звездолета?
- Э… не знаю, сэр. Надо пораскинуть мозгами. Я, признаться, не вчитывался в бумаги по ней… знаете, столько всего…
- Знаю. Зато вчитывался Чехов. Берите его в помощники и займитесь. И еще одно – никакого толку найти их, если мы не придумаем, как защититься от этого их поля… Возьмите у Спока данные, он там что-то анализировал. Приступайте немедленно.
- Да, сэр. 

Впереди газопылевое облако, - сказал Спок, склонившись над приборами. – Плотность на периферии – 4,8 стандартных единицы, дальше плотность растет и идет поток крупных метеоритов.
- Мы можем пройти?
- Да, но на пределе. Возможны повреждения. 
- А как тогда они прошли?
– Шлейф смещается, капитан. Вероятно, они успели пройти до того, как плотность достигла критической. Движение облака – марк семнадцать-двадцать пять к нашему курсу. 
- Ясно, - сказал Кирк. – То есть, оно, по сути, идет навстречу… Скотти, как там с перенастройкой? 
- Думаю, получится, - сказал Скотт, - Я уже все просчитал. Но мне придется временно отключить эту штуку от вашей панели, то есть, вы не сможете пока отслеживать и оринский корабль тоже. 
- Черт, - сказал Кирк. – Ладно, что делать. Отключай. Сулу, - придерживайся прежнего курса. 
- Мы входим в шлейф, капитан. 
- Готово, капитан, – сказал Скотти. – Должно сработать… 
- След не обнаруживается,  - сказал Спок после паузы. – Но причина, скорее всего, в свойствах газопылевого облака. 
- Какова его протяженность по курсу следования корабля?
- Довольно большая, сэр. Точно сказать нельзя, но нам понадобится не менее четырнадцати стандартных часов, чтобы пройти ее… Вывожу на экран кроки, сделанные «Иксепшен». За шлейфом имеются планетные системы. 
- Просмотрите, какие есть еще данные по данные по сектору. Следуем пока прежним курсом. 
Через четырнадцать часов, однако, он не был уверен в том, что принял правильное решение. Да и, собственно, как в этом можно было быть уверенным? Правда, один вдохновляющий момент был: четыре часа назад в шлейфе обнаружился широкий просвет, - очевидно, облако шло двумя рукавами, - и, пройдя через него с периодической сменой  курса, челноком, они поймали след обоих звездолетов – система работала. Но дальше следы опять пропали, и по выходе из шлейфа пока что не обнаруживались. Зато слева теперь развернулась скопление звезд, прикрытое флуоресцентно-лиловой вуалью космической пыли. Направление отслеживания, однако, вело мимо звездных систем. 

Маккой очнулся под пологом импровизированной палатки, - или, скорее, шатра, который они поставили накануне возле шаттла, - и прислушался к своим ощущениям. Ощущений было два: сильная боль в спине и руке слева, и кто-то мягкий и приятный под правым боком. В ответ на его шевеление мягкий завозился и засопел ему в подмышку. 
- А, это ты, милый, - пробормотал Маккой. – Это хорошо, что ты тут. С тобой веселее, определенно.  Вот жаль, что против бактерий ты не действуешь, а их-то тут пруд пруди, - зуб даю. Интересно, а свое имя у тебя есть? 
- Ее зовут Нит, - сказала  Тин-ла, отгибая полог и входя в палатку. – Она у нас одна из самых сильных хел-то. Мне очень жаль, что мы не уберегли вас, целитель Маккой. Как вы себя чувствуете?  
- Кажется, сносно, - Маккой попытался приподняться, но перекривился и решил на время оставить эти попытки. Он потрогал повязки – гладкая и плотная ткань. Перебинтовано было толково, а про бактерий он постарался пока не думать. – Мисс Монро в порядке? 
- Да, мы оглушили зверя. Очень любопытный представитель местной фауны…
- Вот вы точно родственники Спока, – пробормотал Маккой себе под нос. 
- Простите? 
- Ничего. Ну, и как у нас дела с шаттлом? И вы определили, где мы находимся? 
- Да, мы примерно в семи и-ле от вашей базы. 
 - И-ле? Впрочем, неважно. Ну, и?.. 
- Наши техники говорят, что для починки им может понадобиться два местных дня. Они могли бы справиться быстрее, но у нас почти нет запасных частей, и им приходится изобретать и подгонять. 
- И что такое и-ле – я не знаю, и сколько тут длится день, я тоже пока не отразил, -  сказал Маккой. – Ясно только, что дольше, чем земной. Ладно… Послушайте, а вы кто, на вашем корабле? Чем обычно занимаетесь? – спросил Маккой. Его подташнивало от боли и хотелось отвлечься разговором. 
- Я – исследователь. 
- А, понятно… Вот же везет мне на исследователей… 
Тин-ла озадаченно промолчала, видимо, не зная, что сказать. Между тем полог снова приподнялся, и внутрь заглянула Делия. 
- Как вы, доктор? – спросила она тревожно. 
- Бывало лучше, бывало хуже, - неопределенно сказал Маккой – Присядь тут, посиди. 
Тин-ла вышла. 
- Вам что-нибудь нужно? 
- Мятный джулеп бы не помешал. Но, поскольку его вряд ли можно раздобыть ближе, чем парсеков за пятьсот отсюда, то – нет, на данный момент – ничего. Спасибо. 
Повисла пауза. 
- Это я виновата, - сказала через некоторое время девушка. – Это же я выключила настройку… настройку на крупные формы жизни, - чтобы повысить эффективность трикодера при считывании… Если бы я это не сделала, то ничего бы не случилось, потому что… - Делия замолчала и подозрительно шмыгнула носом. 
- Эй, ты чего, девочка? – спросил Маккой. – Успокойся. Ну-ну-ну. Ты что, реветь надумала? Ты же офицер Звездного Флота, а офицеры Звездного Флота не ревут. Все будет в порядке, вот увидишь. Вот возьми на руки этого, хвостатого – сразу полегчает. 
- Нет, он вам нужен, - сказала Делия.

- Каковы наши успехи, Спок? – спросил Кирк. Бездействие угнетало. Спок, хотя бы, мог занять голову исследованием, расчетами, выслеживанием частиц этих чертовых пропавших следов, - а  вот ему не оставалось ничего, кроме как таращиться на экран и гадать, а будет ли там еще кто-нибудь из них на корабле, когда… или если… то есть, нет, это должно быть «когда»! - когда они его догонят.
Да и к тому же, - когда это произойдет, - спрашивается, что делать с этой штукой, с помощью которой орионцы так играючи отвязались от них, отключив на расстоянии целую команду немаленького корабля? Причем и щиты им не помеха… Если Скотти с Чеховым не придумают что-нибудь… Чехова, правда, они снова вызвали на мостик, чтобы оптимизировать поиски пропавшего следа.
 Слишком, слишком мало шансов – как ни успокаивай себя надеждой. 
- Поле поиска слишком обширно. Но мы работаем над проблемой, капитан. 
- «Проблема», - пробормотал Кирк. Интересно, Спок чувствует такую же тревогу и страх за друга, как он? Поди пойми… - он слышал, как Спок с Чеховым обсуждают какую-то перенастройку вакуум-сканера, смотрел, как хел-то, которому наскучило сидеть на коленях у Ухуры, бродит по мостику, потом дотронулся было до кнопки записи личного журнала, но тут же с досадой сбросил запись. Наконец, он вызвал Скотта, и спросил, как там с защитой от орионского фокуса.  
- Я работаю над этим, - сказал Скотти. – Вот было бы у нас это устройство, все оказалось бы куда проще. Честно говоря, никогда о таком не слышал. Спок дал мне запись структуры поля, - степень фрактализации просто зашибенная. Закрыться от такого, конечно, непросто. 
- Кстати, Спок, - сказал Кирк, - а правда, мы ведь с таким никогда не сталкивались. И никто не сталкивался, насколько мне известно. Ты глянул в базах данных?
- Да, капитан. Действительно, подобное устройство и случаи его применения нигде не фигурируют. 
- Их новейшая разработка?
- Сомнительно, капитан. Орионцы не развивают технологии, они их воруют. 
- Ну, значит, своровали, - задумчиво сказал Кирк. – Вопрос – у кого?.. 
 - На связи «Конфиденс», капитан, - сказала Ухура. – Они закончили со своей миссией и спрашивают, не нужна ли нам их помощь. Они сейчас в соседнем квадранте.
- Ага, это кстати. Запросите их насчет информации по орионскому полю, - вдруг да что-то всплывет, - они больше прочих работали в секторе, граничащем с орионцами. И вообще, обрисуйте  нашу ситуацию, - может так случиться, что подкрепление нам не помешает. 

Планетарные ремонтные базы Звездного Флота бывали разными. На ледяных планетах их обычно строили под землей для использования геотермального тепла; при отсутствии у планеты твердой поверхности – ставили на антигрваве с энергетическим якорем, фиксированно по параллели. Эта, ввиду того что планета относилась к классу М, и даже имела совершенно приемлемый для гуманоидов состав атмосферы и климат, не требовала особых инженерных измышлений и представляла собой просто скопление однотипных ангаров, расставленный вокруг жилого блока. В жилом блоке, помимо собственно жилых помещений, находились инфотерминалы, репликаторы, устройства связи и базовый медицинский блок, в ангарах – все необходимое для не слишком сложного ремонта шаттла или отдельных систем звездолета.
Комплекс был закрыт силовым полем, с кодировками, известными всем старшим офицерам звездолетов Федерации. Не то чтобы с полем нельзя было, повозившись, справиться каким-нибудь талантливым в техническом смысле пришельцам, но от случайных банальных грабителей имущество Флота оно защищало. 
Само прибытие на базу Маккой помнил плохо, по причине высокой температуры, которая поднялась у него через несколько часов после ранения (предвидя это, он заранее передал кодировку для снятия поля Граттону). На базе ему, видимо, сразу же вкололи все, что можно было вколоть за один раз, и теперь он лежал в одном из жилых блоков, в некоем вялом, но благостном состоянии, что объяснялось отсутствием боли, действием медикаментов и, без сомнения, присутствием Нит. Оказалось, что хел-то, ко всем своим достоинствам, как-то - внушения гуманоидам стойкого оптимизма и улучшения здоровья, - еще и неплохо поддаются дрессировке, достижения в которой - в качество прямо-таки цирковых номеров - Нит и продемонстрировала под руководством Тин-ла, - очевидно, ее дрессировщицы. При этом Тин-ла, как показалось Маккою, смутилась при появлении Л’до, заглянувшего узнать, как дела, и быстро свернула представление. Вообще, эта раса, подобно своим собратьям вулканцам, тоже отличалась ровным поведением без особых эмоций, - поди пойми, от природы или по воспитанию, - скорее последнее, подумал Маккой, глядя, как Тин-ла исподтишка вглядывается в лицо земляка, пытаясь понять, заметил он забавы с хел-то, или нет. Демонстрируя, что умеет ее, без сомнения, любимица, она прямо засветилась от гордости, а теперь вот явно старалась это скрыть. 
- Да, симпатичный зверь, - сказал Маккой. – Ваши дети их, наверное, обожают. 
- Да… у нас принято дарить хел-то на рождение ребенка. А у вас бывают домашние звери? - сказала Тин-ла, почесывая Нит живот, отчего та тут же завалилась на спину и, посапывая, прикрыла глаза от блаженства, -  очень похоже на земную собаку. 
- Конечно, - сказал Маккой, - самые разные. А Нит, стало быть, - это ваш личный хел-то? 
- На корабле – нет, а так – да,  - сказала Тин-ла. 
-  Долго они живут? 
- Да, до тридцати циклов. Нит сейчас четырнадцать, как и мне. 
Знать бы, что это, - подумал Маккой. - Видимо, это их год, но вот сколько он длится? Соотнесение единиц измерения времени всегда было непростой проблемой. 
В проем заглянул Граттон. 
- Выйти на связь с кораблем мы не смогли, - сказал он. – Видимо, какие-то помехи. Но мы погрузили все необходимое и скоро отправляемся. Доктор, вы сможете дойти до шаттла?   

- На радарах корабль, сэр. 
- Это они? – быстро спросил Кирк.
- Нет, сэр, - сказал Чехов. - Это совсем маленькое судно… минуту… конфигурация позволяет предположить, что это орионский торговец. Скорее всего. Идет почти встречным курсом – должно быть, они нас еще не заметили, - у них определение, конечно, слабее. А, вот теперь заметили. Сменил курс. Марк десять-шестьдесят восемь. 
- Догоняем, - сказал Кирк. – Сулу…
- Зачем они вам нужны, капитан? – спросил Спок. 
- Они часто работают курьерами для пиратов. Всем выгодно – те дают поручения – передать, разыскать… информация о встреченных кораблях. А этим бросают кость, и все довольны. А идет он из района поиска. 
Удрать у орионца шансов не было, - торговцы не предназначены для больших скоростей и курсируют обычно в ограниченном секторе пространства, чаще всего просто в родном околотке. Этот был понавороченнее, но тоже не чета «Энтерпрайзу». Так что минут через пятнадцать капитан судна сходил с их транспортаторной платформы, - больше удивленный, чем обеспокоенный. Да, конечно, он пытался сделать ноги, но больше по привычке, – опасаться кораблей Федерации особых причин у него не было. 
Его провели в комнату переговоров, где уже сидели Кирк со Споком. Обычно Кирк всегда предпочитал кают-компанию комнате переговоров, предписанной для официальных встреч и невыносимо напоминавшей своим дизайном дорогое похоронное бюро, но сейчас решил, что последняя подойдет больше. 
- Меня зовут капитан Кирк. - сказал Кирк. - Прошу прощения за беспокойство, но я вас надолго не задержу. Дело в том, что мы хотели бы получить от вас кое-какие сведения. Разумеется, мы заплатим. 
В этот момент в помещение зашла, как ей было велено, девушка-техник с хел-то на плече, и передала Кирку чип с записью. Орионец уставился на хел-то и сказал Кирку, который не сводил с него глаз:
- Капитан, простите, могу я спросить, вот это животное – вы не могли бы мне его продать? Я дам хорошую цену за него. 
- Нет, продать его я вам не могу, - сказал Кирк, - он не принадлежит нам, а хозяева сейчас отсутствуют. Но я вам отдам целый челнок, если вы мне подробно расскажете, где вы раньше видели это животное, и что про него знаете. И еще расскажете, кого встречали в недавнее время - какие корабли. 
Спок неодобрительно покосился на него, но промолчал. 
Орионец заметно обрадовался. Не сказать, что челнок мало стоил. 
- Только имейте в виду, я проверю информацию, которую вы мне дадите, с помощью новейшего бесконтактного ментал-сканера, это недавняя разработка. Так что врать не советую. – Кирк придвинул к себе плоскую коробочку с экранчиком  - забытую кем-то на столе игрушку-голографер. 
- Зачем мне врать? – сказал орионец. – Я видел такого у нас в Джаддаге. У одного очень богатого человека. Не орионца, но живет он у нас, давно. Ведет какие-то крупные дела. Я для его жены привозил космический жемчуг. И он пообещал мне кучу денег, если я достану такого же. 
– И кто он, если не орионец? 
- А кто его знает. Внешности вашей, но это не редкость во Вселенной. Ну что, я пойду? Челнок можно сразу забрать? 
- Минуту, - сказал Кирк, - Мы еще не послушали про ваши недавние контакты. 
- Не встречал никого уже месяц, кроме космической реки, - сказал орионец твердо, безмятежно глядя, как Кирк сосредоточенно вглядывается в игрушку. 
- Что это за река такая? 
- Ну, это облако, с камнями, оно движется, и не медленно - нам было не пройти и мы изменили курс. 
- А откуда вы идете? - 
- Из системы Пелатта. А где у вас челнок? 
- …Ну, и как вы объясните Звездному Флоту исчезновение челнока в открытом космосе и при отсутствии каких-либо инцидентов? – спросил Спок, глядя на экранчик на удаляющегося торговца (они стояли в отсеке для челноков, поскольку новый владелец материальной ценности Флота убыл на свой корабль именно на ней). 
 - Ой, да ладно, - что ты как маленький, Спок. Долетим до планеты, там его и потеряем. А пока летим, ты придумаешь, как именно мы это сделаем. 
- Капитан, я весьма серьезно отношусь к службе, и меня беспокоит тот факт, что под вашим командованием мне, - как, впрочем, и другим офицерам, - приходится регулярно подтасовывать факты и прибегать к прямому мошенничеству…
- Ладно, не напрягайся, я пошутил. Сам придумаю, куда его девать. Но надо же было узнать... ты видел, как у него глаза разгорелись при виде этой мяфы? Вдруг бы это было что-то связанное с нашим поиском? Он же как будто оттуда шел… Ты что, сам не хочешь найти наших? Ну, и этих ребят спасти. 
- Это мой долг, как и каждого на борту. 
- Долг, да. Ну, валяй, прикидывайся дальше – и не надоело еще?..

На корабль они вернулись без приключений – приятное разнообразие после всех последних дней. На звездолете тоже все было в порядке. Оставшиеся, не имея покуда возможности проводить полноценный ремонт, в их отсутствие снимали или по возможности поправляли поврежденные делали и конструкции. Система связи еще не была разблокирована, - блокировку делал настоящий мастер, - как сообщили Реде-лло его специалисты по информационным системам, - но они все же надеялись ее добить. С появлением деталей и материалов ремонт вошел в активную фазу, и с использованием ремонтных киберов была надежда закончить его в кратчайшие сроки. 
Маккой некоторое время сидел в медотсеке и давал ценные советы Рене, который разбирал привезенные с базы медикаменты, но они справились быстро – прихватили не так уж много; да особого разнообразия там и не было. Потом, не зная, чем себя занять, он хотел было побродить по кораблю, - ранее рассмотреть его не было возможности, ввиду стремительности развивавшихся событий, - но вскоре понял, что на длительные прогулки, даже в пределах не самого большого звездолета, он пока что не способен. Тогда, добравшись снова до медотсека, он с помощью Тин-ла подключился к общей базе данных, с целью  поближе ознакомиться с цивилизацией лалла-тхоо, которая, конечно, занимала его не намного меньше, чем Спока. 
- Послушайте, - сказал Маккой. – Можно мне спросить кое-то про ваш народ? – Тин-ла вскинула подбородок – у лалла-тхоо это означало согласие. – Просто интересно. Ваша раса удивительно спокойная. Мы давно общаемся с вулканцами, которые, в общем, тоже очень сдержанные ребята, - но вас как будто бы вообще ничего не волнует. Вы в любых обстоятельствах не удивляетесь, не возмущаетесь и, такое впечатление, что вообще ничего не боитесь. 
- Ну, да, - сказала Тин-ла. – А зачем?
Действительно, - подумал Маккой. - А зачем?.. 
- Но нам все интересно, - сказал Тин-ла. – Просто какой смысл волноваться, или возмущаться? Что должно случиться, то случиться, независимо оттого, будешь ты волноваться или нет. 
- Хм… Слушайте, вы когда-нибудь плачете? Ну, не обязательно вы. А вообще… другие девушки… дети. 
 Слово «плакать» транслейтор не перевел. Как это объяснить-то, - подумал Маккой. – не изображать же. 
- Ну, вот вам очень грустно… или вы коленкой ударились… в детстве разбивали коленки? и у вас на глазах появляются слезы. Жидкость такая, из слезных желез. И вы этак носом… хлюпаете.
- А, - сказала Тин-ла, - да, знаю. Когда ударишься – да, бывает. Или в глаз что-то попадет. Послушайте… - сказала она неуверенно.  – Я не знаю, кого спросить… Думала, - может быть, Делию, - но она меня недолюбливает. Лейтенант Граттон, - он ведь с той же планеты, что и вы? 
- Ну, да, - сказал Маккой.
- Я так и думала… А какой он?
- В смысле – «какой»?
- Ну… какой он… человек?
- Ну… нормальный, - сказал Маккой с возрастающим удивлением. – Офицер и джентльмен… то есть, в хорошем смысле. А что?
- Мне надо знать. А скажите… вот если у вас кто-то нравится девушке, ну… понимаете… то что она должна делать? Как это у вас происходит? 
Опаньки, - подумал Маккой. – Ай да Граттон. Вот молодец. 
- Видите ли… - продолжала девушка, - если бы он был из наших – все было бы проще. Он бы сам всё понял. Но вы так не умеете. Поэтому я решила спросить… как это у вас делается. Понимаете? 
- Хм… Понимать-то понимаю, - сказал Маккой. – но с советом несколько затрудняюсь. Ну, наверное, вам стоит проявить… некоторое внимание к нашему достойному лейтенанту. Поговорите с ним, что ли… поспрашивайте о чем-нибудь. Мы не телепаты, но внимание красивой девушки всякому приятно, а вы очень красивы, Тин-ла. Не знаю, как по вашим стандартам, но по нашим – уж точно. 
- Спасибо! Большое спасибо, доктор Маккой! Я вам так признательна! – воскликнула Тин-ла и упорхнула, заставляя пересмотреть мнение о том, что лалла-тхоо ничто во всем свете не колышет. 
- М-да,  - пробормотал Маккой. – В роли консультанта юных девиц, - по крайней мере, по таким вопросам, - я еще не выступал. 

- Есть, сэр! – закричал Чехов, - кажется, мы нашли. – Искали они почти три стандартных дня, и, - думал Кирк, - многие уже и не надеялись найти, - он почти что в числе этих многих. - Это трейл звездолета лалла-тхоо. На расстоянии двести сорок от него определяется второй след, орионского корабля.
Направлявшиеся прежде в пространство орионского сектора, следы здесь лежали  под прямым углом к прежнему курсу и вели в  ближайшую звездную систему. 
- Данные по звездной системе, Спок,- сказал Кирк. 
- Скопление NC-I -2784, шаро-рассянное, газопылевые облака третьего типа… 
- Давай про облака потом, - что там с планетами? 
- Планетные системы имеются… - Спок замолчал, считывая что-то с монитора. – Планеты М-класса по неуточненным данным могут содержаться в трех планетных системах, ближайшая к нам – на орбите двойной звезды Z-15648. Я пока не уверен, но, похоже, след ведет туда. Постойте… - сказал Спок, склонившись над приборами. – Тут есть кое-что. По данным хроно-сенсора, здесь не так давно применялись бортовые фазеры и торпеды. 
- Стреляли с обоих звездолетов? – быстро спросил Кирк.
- Невозможно сказать, сэр. - Он помолчал, что-то переключая на своем пульте. – Да, след ведет к планетной системе.
- Там есть база флота, сэр, - сказал Чехов, просматривавший что-то на своем компьютере. Одна из самых дальних, - автоматика, смотрителей нет. Ремонтная база, репликаторы, медотсек – стандартный набор.  
- Ну, стало быть, идем по следу. Что, Скотти?
- Я тут сочинил пару устройств защиты, только весь корабль они не прикроют. Это вроде как я вам дам зонтик, - можете сами под него залезть и, скажем, подружку взять. Ну, три человека, может. Плохо, что опробовать их мы никак не можем. 
- Реплицируйте их, и как можно скорее. 
- Там все не так просто…
 - Это я понимаю, - у вас там всегда не так просто. Но вы же справляетесь. Делайте что можете, только скорее!! 
Потянулись минуты, десятки минут. Как медленно. 
- Входим в систему двойной звезды, сэр. Трейл отслеживается до планеты… 
- Капитан!! – заорал Чехов, временно замещавший вышедшую Ухуру – вызов на частоте Звездного Флота!! – Он что-то повертел в настройках и пробежал пальцами по экранам. - Но сообщение не распознается… не декодируется. 
- Ладно, - сказал Кирк, переводя дух (оказывается, он на некоторое время задержал дыхание). – Отследите источник сигнала и…
- Капитан, на орбите планеты  - орионское судно, - сказал Спок. 
- Источник сигнала на планете, сэр, - сказал Чехов. – Но сканеры по данным координатам ничего не определяют… Хотя, подождите… что-то есть, но плохо считывается. 
- Маскировка?
- Возможно…. Орионец встал в створе этой точки… С орионского корабля произведена транспортация в точку исходящего сигнала, сэр.  
- Спок, орионцы нас заметили?
- Не думаю. Их сканеры определенно слабее, к тому же, мы сейчас закрыты от них планетой. 
- Охрану  - в транспортаторный, две стандартные партии, - сказал Кирк, - Скотти! Тащи бегом свою защиту к транспортеру, а пару штук дай на мостик… – Спок - со мной, Сулу, -  примите мостик … - сказал он, устремляясь к лифту.
- Капитан, мы не можем сейчас транспортироваться на планету, - Кирк притормозил у дверей. – Дело не только в том, что это другое полушарие, - как только мы выйдем из-за горизонта орионцев, мы должны будем поднять щиты…. 
- Тогда Сулу их поднимет, как только мы транспортируемся, а сделаем мы это в  момент выхода из-за горизонта. Сулу, вы поняли? Поднимите щиты сразу же, как только мы отправимся вниз. Скотти вам сейчас даст защиту, и если она вообще работает… придется рискнуть. Вам, возможно, придется управлять кораблем при минимальным составе, действуйте по обстоятельствам.  Сколько до выхода на ту сторону? 
- Десять минут, сэр.

На корабле лалла-тхоо ремонтные работы (точнее, их минимум, необходимый для выхода в пространство) были завершены, и даже систему связи наконец привели в чувство. По этому случаю Реде-лло позвал на мостик федералов, чтобы они смогли попытаться связаться со своими. Маккой внезапно с испугом осознал, что и он должен, по идее, - как старший офицер, - знать какие-то частоты вызова, - и, не ровен час, сейчас их с него спросят. Но, к счастью, Граттон решительно взял дело связи в свои руки. 
- «Энтерпрайз», вас вызывает захваченный звездолет, лейтенант Граттон на связи, - сообщил Граттон, покосившись при этом на Тин-ла, и не надо было быть телепатом, чтобы понять, что на связи лейтенант не только в подпространстве. Похоже, советы Маккоя не пропали даром. «Шустрая девочка», - подумал он. 
- Они не распознают текст, - сказал один из лалла-тхоо, по имени Кен-тро, стоявший рядом. – При подпространственной связи сигнал кодируется, но на основе нашего языка. Но сам вызов они примут, и, если это ваша стандартная частота, - то, конечно, поймут, кто их… - Он вдруг вздрогнул, схватился за оружие на поясе, и замер. Раздалось легкое жужжание, и по мостику тут и там возникли лиловые облачка, почти мгновенно принявшие вид вооруженных орионцев. 
- Ну вот и снова всем привет, - сказал один из них. Это был не командир Раф, но, очевидно, здесь он был главный. – Не ждали? Нас задержала космическая река; пришлось обходить и разыскивать вас; дело было непростое, но мы справились, как видите.  
Маккой ждал, что лалла-тхоо применят свои способности, но этого не происходило. Он обвел их взглядом и понял, что с ними что-то не так. Их покачивало. Они хватались за стены или просто стояли, вперив взгляд в пространство. Тин-ла затрясла головой, Кен-тро опустил голову и стоял так, не двигаясь. 
- Телепаты, да еще сильные, не так уж часто встречаются. Так что мы не сразу разобрались, что к чему, – сказал орионец. – Но, когда разобрались, все стало просто. С ними больше проблем не возникнет. А вот от вас, федералы, всегда одни проблемы. Я же говорил Рафу, что вас нужно сразу же пустить в расход. Но нет, он же у нас был любитель, - да, его нет больше с нами, - технического  прогресса, и собирался порасспросить вас о ваших новейших достижениях. А мне этого не надо. Я вообще считаю, что вся эта затея с пленниками ни к чему, тем более что расы бывают с неприятными сюрпризами… к чему вся эта лишняя возня, затруднения и риск? Да, на Ридо за них, конечно, дают кое-что, но куда больше – за технику, причем она-то, в отличие от разумных существ, никогда не доставляет неприятностей. Словом, господа, прошу пройти вниз. Я бы, может и оставил вас попросту на планете, будь вы гражданами какого-нибудь другого союза. Или все-таки продал бы. Но в чем Раф действительно был прав – с Федерацией ссориться неразумно. Так что…
Маккой перехватил взгляд Делии. Она смотрела на него широко открытыми глазами. Надо что-то делать, - лихорадочно думал он. Но что?.. Под прицелом полудюжины пушек, одному? Договориться, подать какой-то знак стоявшим на другой стороне мостика Рене и Граттону, не было ни возможности, ни времени. Да и какие знаки, ей-богу. 
Однако что-то делать хотел не он один – на противоположном конце мостика орионец вдруг взмахнул своим дизраптором и обрушил его на голову Рене, - тот полетел на палубу, выронив оружие, очевидно, перехваченное из руки бывшего рядом лалла-тхоо (Маккой не мог запомнить его имя), и в тот же миг орионец сцепился с Граттоном. Видимо, у них был запрет на стрельбу на мостике, - оно и понятно, - кому охота потом неделю заменять развороченные панели и паять контакты? Пользуясь тем, что все, кажется, обернулись в ту сторону, Маккой, нагнувшись, схватил оружие, выпавшее из руки Тин-ла, но тут же получил сокрушительный удар в бок и упал на палубу. Поджившие раны отозвались резкой болью. 
- И вот новое подтверждение моим словам, - сказал командир орионцев, подбирая оружие, которое уронил Маккой. На той стороне Граттон, лежа на полу, стонал и пытался приподняться. – Итак, - вниз. Иначе я вас сейчас здесь всех положу. 
Сопротивляться дальше было, очевидно, бессмысленно. Маккой понял, что кто-то помогает ему подняться - это была Делия. Девчонка насмерть перепугана, а держится – молодец. Жаль, очень жаль… И другого тоже – жаль. 
Подпихиваемые стволами, пленники были быстро водворены на платформу подъемника; лежавшего без сознания Рене и Граттона, которому тоже, видимо, хорошо досталось, затащили туда же и бросили на пол. 
Лифт на звездолете лала-тхоо был непривычной конструкции, в него влезало довольно много народу. Во всяком случае, все офицеры с «Энтерпрайза» и конвоирующие их орионцы поместись на спусковую платформу, которая пошла вниз. Они спустились в отсек шаттлов; по дороге к ним присоединились другие с «Энтерпрайза», и орионец указал им на палубу, где стояли два исправных шаттла (остальные пришлось демонтировать). Замысел был очевиден: загнать всех внутрь, закрыть внутренний люк, выйти в космос и открыть наружный. 
Орионцы втащили внутрь тех, кто был без сознания, - всего четверо, вместе с Рене (Граттон к этому времени пришел в себя), - очевидно, попытки сопротивления были не только на мостике. Маккой глянул на стоявшего рядом с ним парня в красной рубашке (Джонатан, кажется – однажды лечил его после какой-то заварушки), и понял по его лицу, что они еще и не закончились. Хотя, конечно, все понимали, что выбор сейчас был: войдешь ты в люк своими ногами, или же тебя затащат, как тех четверых. Но в тот момент, когда Джонатан незаметно кивнул ему и уже разворачивался в сторону ближайшего из конвоя, а Маккой примерился, как бы поднырнуть под ствол, чтобы вмазать другому, на палубе шаттлов вдруг вспыхнули знакомые лучи, и стоявшие там орионцы молча полегли рядом с пленниками (глянув туда, Маккой с облегчением заметил, что Рене зашевелился и попытался приподняться, - стало быть, въехали ему не так уж сильно). Из-за шаттлов и из коридоров выступили люди в форме охраны «Энтерпрайза»; были среди них и офицеры в желтых командных туниках.
- Советую бросить оружие. 
Совет был неплохой, при данной расстановке сил, и многие последовали. Но не командир, - уж очень ему не улыбалось попасть в переплет, когда Федерация обвинит его в нападении на ее граждан, а свои, гребущие лопатой от удач корсаров, тем не менее выберут меньшее из зол и устроят показательный процесс перед Федерацией, - с ним в главной роли. Поэтому он, демонстрируя отменную реакцию, развернулся в сторону нужного коридора, одновременно нажимая на спуск дизраптора, и бросился бежать мимо отброшенного выстрелом офицера в золотистой тунике. Упавшим был капитан Кирк. 

Маккой ненавидел дизрапторы. Он считал их одним из самых мерзких изобретений, когда-либо сделанных разумными существами. То есть, если бы существо действительно было разумным, то оно должно было, по его твердому убеждению, изобрести что-нибудь другое. Сгусток энергии, выброшенный из ствола, летел в пространстве, и, достигая живой материи, как бы взрывался, раздирая ткани в непредсказуемых направлениях. До 70-ти процентов землян, при попадании в грудную клетку или живот, умирали от обширных внутренних повреждений и шока, из которого их не удавалось вывести. Вулканцы, менее подверженные шоку, выживали чаще, но, в общем, такое ранение было крайне тяжелым для всех. Спасение было в скорости оказания хирургической помощи. Конечно, далеко не всегда она спасала. 
Маккой упал на колени рядом с телом Кирка, отметив краем сознания присутствие рядом Спока. Откуда взялся хирургический набор – то ли его притащили из местного лазарета, то ли спустили с «Энтерпрайза» - он не заметил, - ему было не до того. Главное, что инструменты и все прочее у него было. 
- Двусторонный пневмоторакс, - бормотал Маккой. – Черт, легкие сейчас выключатся. Спок! Вызови лазарет, пусть дадут ланг-дублер, срочно!! - Это был прибор, создающий энергетический блок, который заполнял объем спавшегося при пневмотораксе легкого, расправляя его и заставляя на время заработать, включая обратно в дыхательную систему. - …Господи, еще и печень. Шок, - конечно. Вот надо же… 
- Я могу помочь? – быстро спросил Спок. 
- Да… зажми вот тут, держи… Дай коагулятор… вон ту штуку. Черт, не успеваю, тут же все разворочено… Вот черт… 
Спок, оторвав взгляд от Джима, хотел что-то сказать, но наткнулся, как на стену, на взгляд Маккоя. Маккой сразу же опустил глаза, продолжая действовать зажимами и протоплазером, но Спок уже отчетливо понял, что Боунз знает, что все это бесполезно и что на этот раз он проиграл. Он, конечно, будет сколько нужно зажимать разорванные сосуды и вкалывать стимуляторы, но ясно было, что это просто от отчаяния и нежелания сдаваться. А на самом деле это – всё. Джим уходит. 
Спок вдруг вскочил и бросился куда-то. Маккой даже не стал спрашивать – куда и зачем, ему было не до этого. И когда Спок вернулся с хел-то, не слишком деликатно таща его, подхватив под живот, Маккой изумленно уставился на него и выругался. 
Хел-то втянул носом запах крови и коротко заскулил, но не сделал  никакой попытки отпрянуть от тела Кирка, напротив, подполз под бок, прижался и замер. Потекли долгие минуты, когда никто не шевелился, кроме Маккоя, который продолжал копаться в грудной клетке Кирка. 
- …Кажется… - сказал Маккой каким-то не своим голосом, - кажется, сработало… Сейчас, я еще… 
После того, как Макой наконец закончил шить и наложил повязки, они некоторое время молчали.
- Спок, - наконец сказал Маккой.- Спок, забудь всё, что я тебе говорил плохого и…  нелицеприятного. Если бы не ты… Я же с перепугу и не подумал про этого чудо-зверя. Просто времени не было подумать. Все слова беру назад, Спок. И про гоблина, и про зеленокровного, ушастого… 
- Доктор, крайне нелогично под воздействием момента говорить слова, о которых вы впоследствии пожалеете, - заметил Спок. – Извиняться не стоит, я давно привык к лингвистическим аберрациям землян. Скажите лучше, капитан теперь точно вне опасности? 
- Думаю, да, - но, конечно, его лучше поскорее поднять на корабль. 
- С этим могут быть проблемы, - сказал Спок, вынимая коммуникатор и вглядываясь в лицо Маккоя, - А с вами что, доктор?.. 

- …И все-таки я не понимаю, как они это делают, - сказал Маккой. Он разглядывал данные на мониторе над кроватью Кирка, почесывая при этом уши хел-то, сидевшего на кровати (проблем с подъемом на «Энтерпрайз» не было, поскольку тот, кто командовал орионским кораблем, предпочел удрать, побросав подельщиков, когда запахло жареным, - а особенно сильно запахло им в момент появления вблизи планеты еще одного звездолета Зведного Флота - «Конфиденс»). 
Хел-то решительно полез по его рукаву, добрался до плеча и устроился там, свесив хвост. 
– Ведь это же почти что повреждения, несовместимые с жизнью, - продолжил Маккой, оторвавшись, наконец, от монитора. - И вот он буквально минуты две сидит рядом – и половина всего, что там не функционировало, начинает худо-бедно, но работать, и дает мне эти драгоценные минуты, которых у меня не было. Причем даже кровопотеря как будто частично восполняется, что уже совсем фантастика. – Он перешел к себе в кабинет и сел за стол, Спок вошел следом и прислонился к краю проема, скрестив руки на груди. 
- Но вас ведь не удивляет, скажем, действие вашего ланг-дублера. 
- Ты хочешь сказать… Но ведь это специально разработанная техника, а тут - просто животное. 
- Я хочу сказать, что это не совсем простое животное. Это, если быть точным, био-трансформатор разрозненной полевой структуры и одновременно генератор условно стабильных функционально-заместительных фантомов. 
- «После того, как лектор все подробно объяснил, слушатели разошлись в глубоком недоумении», - насмешливо сказал Маккой. 
- Доктор, вы хотите, чтобы я вам простым языком изложил довольно сложные вещи? Вы сами отлично знаете, что сброс терминологии обнуляет минимум тридцать процентов смыслов вопроса. 
- Брось, Спок, все равно в каком-то приближении это возможно. 
- Ну, если вы настаиваете на флаттене... Они собирают искусственные поля, - электромагнитные и прочие, - и преобразуют их в то, что можно обозначить псевдо-термином «биополе». Хотя исходящее поле, - комплексное, - содержит и технические компоненты, которые проходят процесс фрактализации промежуточных кси-структур… - Спок глянул на Маккоя, еле заметно вздохнул и поправился, - процесс обработки и усиления. Механизм мне еще не до конца ясен. Кстати, помнишь помехи на борту, - когда мы впервые приблизились к их кораблю? Это они их и создавали. Короче говоря, они каким-то образом считывают информацию о строении пострадавшего органа и достраивают его этим своим исходящим полем, создавая временную энергетическую реплику, которая некоторое время работает, частично или полностью замещая поврежденный орган. 
-  И когда это ты успел изучить все в таких подробностях? 
- При захвате орионцев у мисс Монро оказался включен трикодер. Она была совсем рядом с нами. Я просмотрел запись и достроил картину, которая уже складывалась из сканирования самих хел-то. – Спок наконец оторвался от стены и сел за стол; хел-то слез на столешницу и сел перед ним, поводя носом и глядя на него с обожанием. – Ты бы и сам понял, что они делают,  - по приборам в медотсеке, - если бы у тебя на попечении были раненые, а не пострадавшие от бакинфекции. Вот эта запись, можешь убедиться сам.
Маккой взял чип с записью и задумчиво повертел в руках. 
- Но какой сложный механизм, - сказал он, почесывая живот хвостатому генератору чудес, который теперь развалился на столе и пыхтел от удовольствия. - Развился он постепенно или это результат мутации?
- Сложно сказать. Может, быть, они были выведены специально. Хотя в базах данных, - даже в самых древних документах, - они фигурируют как постоянные спутники людей, безо всяких легенд о происхождении их свойств. Как данность. 
- Ну что ж, - может, мы это еще выясним, - сказал Маккой. – А пока у меня для тебя тоже кое-что есть, - пока мы там сидели на планете и все латали корабль, я копался в их информационных залежах, - ну, чтобы занять себя чем-то, - и нашел там кое-что, - что, возможно, тебя заинтересует. Так что на, изучай. А я пойду поем, что ли. 

Возвращаясь в медотсек, Маккой встретил в коридоре Скотти. 
- Здравствуйте, доктор, - сказал тот. – Как здоровье капитана?  
- Гораздо лучше, - сказал Маккой. – Но в обозримом будущем я его из лазарета не выпущу. Пусть никто даже не начинает надеяться. 
- Ага, понятно… А вы, кстати знаете, кто того орионца словил? Джейла! Всю нашу охрану опередила. Вот деваха, а?...
- Деваха что надо, - рассеянно сказал Маккой, прислушиваясь. В коридоре за поворотом обозначился некий неясный приближающийся шум, - какое-то многоголосье, - как бывает, когда говорят все одновременно, - с отдельными, вырывающимися из общего фона возгласами, ахами и даже, вроде бы, взвизгиваниями. Из-за угла появилась стайка девушек, - да, говорили они все одновременно, так что разобрать тему не представлялось возможным, - но  было ясно, что они чем-то необычайно взволнованы. Маккой выдернул из их толпы медсестру, ухватив ее за рукав, и поинтересовался, в чем дело. 
- А вы не знаете?... У одного  из этих лапулечек, - ну, хел-то, - то есть, это девочка, конечно, - родились детеныши!! Ой, доктор, вы бы их видели – это такие пусечки! Только мы их видели в записи, потому что это на том звездолете, а сейчас мы идем к мистеру Споку, чтобы попросить увольнительные, чтобы… - Она вдруг заметила, что делегация к Споку уже удалилась, и дернулась было за ними, но рефлекс субординации придержал ее на месте, в результате чего она заплясала на месте, как молодая кобылка. – Ой, можно я пойду, доктор Маккой, а то вдруг они без меня… - И она умчалась. 
- Женщины, - сказал Скотти. – Что поделаешь. Ладно, я тоже пойду,  - загляну на гауптвахту. 
- Зачем? – удивился Маккой. 
- Друга хочу навестить. 

- Ну, давай уже, говори, что ты всю дорогу такой вздрюченный, - сказал Кирк. Они сидели в его каюте на «Энтерпрайзе», а «Энтерпрайз» уже две недели находился в доке Звездной базы 12, откуда несколько дней назад ушел к родной планете звездолет лалла-тхоо, подлатанный с помощью инженеров Звездного Флота, - Скотти в том числе, - с официальным представителем Федерации на борту. Тин-ла, однако, осталась на базе, - вместе с Нит, - а лейтенант Граттон тоже половину времени проводил там же, иногда возвращаясь на корабль, чтобы подписать у Кирка какие-то таинственные рапорты и связаться с кем-то по подпространственной. Захваченные пираты были переданы в Галактический Совет, который уже отправил ноту на Орион. 
Маккой прихлебнул из бокала, поставил его на стол и стал глядеть внутрь него так, словно там было что-то страшно интересное. После длинной паузы, когда Кирк уже начал думать, что ничего не дождется, Маккой сказал:
- Это Джоанна. 
Джим секунду порылся в памяти, но никакой Джоанны там не обнаружил. 
- Какая еще Джоанна? – спросил он, отпивая из своего бокала. 
- Моя дочь. 
Кирк поперхнулся. 
- Твоя кто??!
- Ну, дочь, - я что, по твоему, не могу иметь дочь?!
- Да можешь, можешь, что ты взвился, - сказал обескураженный Джим, - Просто ты раньше никогда не упоминал… 
- Угу. 
Пауза. 
- Ну… и что с ней? – осторожно спросил Джим. 
- Она поступила в Академию Звездного Флота, вот что!! 
- Ну… и что? Это же неплохо, Академия Звездн… 
- Неплохо!!?? - заорал Маккой, - Черта с два это неплохо, это тебе, может, неплохо, ты тут как рыба в воде, тебе любая миссия прям наслаждение, а ничего что я вас через раз в лазарете штопаю, - то пиявки какие-то ядовитые летающие, то псих с супероружием, то смертельное излучение, и это каждый раз, каждый раз какая-нибудь дрянь!! А в этот раз?!! Ты же сам чудом жив остался!! И вот она выучится в этой чертовой Академии и тоже начнет гонять по космосу, чтоб в нее там стреляли, кусали, убивали излучением!! И это все ты со своим «Энтерпрайзом», живая легенда, чтоб ее так и этак!!!!! 
- А… я-то при чем?! – Джим совсем растерялся.
- Ты при чем?!.. Это же твои журналюги овеяли «Энтерпрайз» таким, чтоб его, героическим ореолом, что от нас от всех прям уже сияние исходит!! А ничего, что у нас там большая часть команды полегла, черт!! Или забыл?
- Ничего я не забыл, - тихо сказал Кирк, и, после паузы, - И чего они вдруг мои?.. 
- Кто?..
- Ну, журналюги. 
- Ты им интервью свои расчудесные давал, чтобы детей с толку сбивать! Чтобы они валом во Флот повалили! А им здесь нечего делать, нечего!!
- Не давал я интервью, сами пришли и взяли, - пробормотал Кирк. – Так что, она тебе так и сказала, что, мол, вдохновилась подвигами команды «Энтерпрайза»?.. 
- Ну, не совсем так, - сказал Маккой, остывая. – Она и раньше как бы собиралась… Но обсуждался факультет орбитальной службы, а сейчас вот она взяла и поступила на командирский… дальний космос, чтоб его!! 
- Ну, - сказал Джим, думая, что бы сказать дальше. – Ну, может не все так уж плохо?.. У нас надежные корабли, и вообще-то не так уж часто случается что-то действительно серьезное. Может, она выучится и попадет на «Энтерпрайз»… 
- Я тебя сейчас убью, - сказал Маккой. 
- Не надо, трибунал – это совсем не прикольно. И дочка расстроится. Послушай, Боунз. Дети вырастают… 
- Тебе-то откуда об этом знать?..
- Я читал. Так вот, дети вырастают и поделать с этим ничего нельзя. Она уже взрослая, и это ее выбор…
- Да знаю я, знаю, - сказал Боунз. – Думаешь, я сам себе эти прописные истины не рассказывал сто раз? Но как подумаешь... 
- Ну, а ты не думай пока. Ей все равно еще учиться несколько лет. Бывает, и факультет меняют. Ну, не понравится ей на нашем командирском… там из-за Сиверса половина студентов стреляется и сбегает еще на первом курсе, сам знаешь. Чего раньше времени дергаться?.. 
- Она-то не сбежит даже от Сиверса, упертая, - пробормотал Маккой. – Захочет – так в эту его космогонию вцепится – лучше его знать ее будет. Ну, может, ты и прав. Поживем-увидим… О, вот еще один упертый идет. Разбиватель женских сердец. Присаживайся, ты как раз вовремя – у нас тут беседы по душам, - и расскажи, что же, в конце концов, тебя не устраивает в такой чудесной девушке, как Ухура. 
- Доктор, думаю, что это… 
 - Вот именно, - думаешь. Проблема как раз именно в этом – ты слишком много думаешь. А ты попробуй думать поменьше, а? Или попроще. В случае общения с девушками это помогает. Формулы и лишние определения из головы выкини – и сам удивишься, как хорошо все пойдет… Ну как, посмотрел мои раскопки?
- Что за раскопки?  - спросил Кирк. 
- Да… - медленно сказал Спок. – Доктор любезно предоставил мне результаты своих исследований, проведенных в архивах информационной базы звездолета лалла-тхоо… 
- Ты к сути, к сути переходи давай, - подогнал его Маккой.  
Суть оказалась следующей. Один из добытых Маккоем файлов оказался копией древней, - судя по всему, многотысячелетней, - хроники, в которой говорилось про крупную расселенческую экспедицию. Причиной организации экспедиции был исходящий из разрушенной в результате какого-то космического катаклизма планетной системы поток крупных метеоритов, входящий в данный сектор пространства, причем один из самых крупных угрожал планете Ла-тэл (тогда единственной заселенной). Поскольку не было уверенности в том, что его успеют расколоть и отклонить обломки в сторону от планеты, была организована экспедиция, названная Ол'тэтн'и'тэл – «Путь в новый мир». Планетная система, которой должны были достичь отправленные с будущими жителями нового мира корабли (пять по счету) была выбрана древними учеными лалла-тхоо как наиболее соответствующая условиям на их родной планете. Описание подробностей явно свидетельствовало о доварповой технологии звездных полетов, что предполагало большую длительность перелета – более двух поколений, – это был путь в один конец, без возврата. Связь того времени также не позволяла узнать, достигла ли экспедиция цели, - как и сообщить отправившимся в новый мир о том, существует ли по-прежнему их родная планета. 
- Я проанализировал данные по местоположению цели перелета, - сказал Спок, - соотнеся координатную систему лалла-тхоо с нашей. Если пересчет координат осуществлен на основе верных поправок, то… 
- То летели они не куда-нибудь, а в сторону системы Тг'Хут, - сказал Маккой. 
- Откуда вы знаете, доктор? – спросил Спок, уставившись на него.
- Да уж догадаться так мудрено, что прям всю голову свернешь, пока додумаешься! Извини, если испортил тебе театральный эффект твоего сообщения. Эти лалла-тхоо – прямые предки всех вулканцев. То есть, не они, конечно, а их предки. Впрочем, с самого начала было ясно, чьи тут уши из кустов и где собака зарыта. 
- Простите, доктор,  - собака?.. 
- Не бери в голову, это фольклор. 
- Ну что ж, открытие не совсем неожиданное, но, бесспорно, очень важное для твоего народа? - сказал Кирк. – И даже не только в крови дело - эти ребята не могут не понравится приверженцам дисциплинарных практик Вулкана, - то есть, по сути, всем вулканцам, уж больно вы единодушны в своих привычках и, возможно, взглядах на жизнь, - а, стало быть, вы легко найдете общий язык, - не так ли? 
- Думаю, да, капитан, - сказал Спок. 
- Ты бы хоть обрадовался, для приличия, - сказал Маккой. 
- Доктор, если вы не мыслите своего существования без созерцания выражений эмоциональной экспрессии со стороны рас, умеющих, в отличие от вас, контролировать свои чувства, то мне очень жаль, потому что в этом случае жизнь ваша, без сомнения, полна разочарований…
- А что там с этими полями, Спок? – спросил Кирк, замахав руками на Маккоя, который уже набрал в грудь воздуха, чтобы достойно парировать это возмутительное заявление, - сделанное, надо сказать, с некоторым блеском в глазах, подозрительно напоминавшем искру веселья. – Вот этот вот, он же меня мало того что из лазарета не выпускал, так еще и не впускал туда никого. А потом тут, на базе, так все завертелось, - дипломаты эти, чтоб их, обозреватели… что ни минуты свободной не было. Так что я до сих пор  не в курсе… вы разобрались с этими орионскими полями?  
- Да, капитан. Что касается устройства, которым они обезвредили телепатов – оно не новое, просто усиленного воздействия. Оно является источником поля, которое резонирует с пси-волнами телепатического поля, создаваемого мозгом телепата, и дает обратную связь, вызывая психотропное воздействие. Для не телепатов действие устройства практически не ощутимо. Это, конечно, не орионская технология – они, как известно, ничего сами не разрабатывают, - только крадут. На захваченном нами шаттле  вообще обнаружились довольно любопытные образцы технологических новинок, - в числе прочего, прибор-генератор поля «темной волны», который был использован против команды «Энтерпрайза» при первой встрече. Как мне сказал один из задержанных орионцев, они обнаружили такие, - вместе с защитными устройствами, - в старых постройках системы Пелатта, и открыли их воздействие на гуманоидов, - но производить подобные устройства, насколько ему известно, они не умеют, к тому же эти приборы имеют репиликационную защиту. К счастью, данное устройство оказалось практически полностью разряжено и, очевидно, зарядить его они также были не способны, - иначе, конечно, исход нашей второй встречи мог бы быть нежелательным…
 - Это такой фирменный вулканский эвфемизм для «кирдык бы нам всем был», - сказал Маккой. 
- Ну что ж, везение сыграло на нашей стороне, - сказал Кирк. – Ты куда-то торопишься, Спок? – спросил он, заметив, что Спок посмотрел на табло с часами на стене. 
- Да, мы с лейтенантом Ухурой работаем над окончательной версией переводчика, и договорились встретиться в библиотеке в 18 часов. 
- В библиотеке? - уточнил Кирк.
- Да, капитан. Что-то не так?
- Да нет, всё так. Успехов…
 - …во всём, - ввернул Маккой. Спок покосился на него, но ничего не сказал и направился к выходу. 
- Единственное замечание, - сказал Кирк; Спок приостановился. – Если вдруг начнете драться -  не разбейте там монитор, нам только что новый поставили.  
Спок почти изумленно уставился на него, но, поскольку время уже поджимало, он ничего не сказал и вышел. 
- Я чего-то не знаю? – спросил Маккой. 
- Ничего особенного, - сказал Кирк. Он ощущал какой-то беспричинный эмоциональный подъем и даже веселье, - впрочем, может быть, вовсе не беспричинный, - причины, пожалуй, были – хорошо было снова чувствовать себя здоровым, да и их незапланированная миссия завершилась вполне удачно, а впереди – новый поиск, новые встречи и открытия. – Не бери в голову, Боунз. Вообще, не бери в голову лишнего. И насчет дочери тоже. Звездный Флот – не такое уж плохое место, при всех своих недостатках, вроде работы в космосе; и где еще, скажи, можно встретить таких друзей, как вы со Споком?
Маккой несколько секунд молча смотрел на него, потом кивнул и поднял свой бокал. 
- Твое здоровье, - сказал он. 

Конец

Впечатления можно отправить автору на мыл: sagnor @ yandex.ru